-- Ну, вотъ. Нравится она тебѣ?
-- Ничего.
-- Такъ чего еще?.. А ты, признаюсь, мнѣ по вкусу пришелся. Не могу забыть, какъ ты съ этимъ Гришкой въ школѣ распорядился... толкъ изъ тебя выйдетъ... А мое дѣло ужъ не молодое, подумываю и за штатъ выходить. Ни сыновей, ни зятей нѣтъ, есть одинъ племянникъ, да больно ухабъ... Такъ что Глаша, могу завѣрить, самая близкая родня. Вотъ мѣсто-то я бы за ней свое и сдалъ... А? Или, можетъ быть, ты лучше моей Цыпровки приходъ найдешь?
-- Ну, куда ужъ мнѣ, крестный! Я о Цыпровкѣ и не помышляю.
-- А ты подумай. Только надо все это какъ слѣдуетъ обмозговать, толкомъ разсудить, не по воробьиному... Пріѣзжай-ка ко мнѣ на свободѣ.
-- А насчетъ консисторіи какъ?.. Не затормозитъ-ли, не явится-ли съ своимъ кандидатомъ на ваше мѣсто? задержки не будетъ-ли?
-- Какая задержка, какой кандидатъ, если я самъ представлю. Чѣмъ я хуже другихъ? Да, можетъ, я еще и почище многихъ!
Послѣ этого Иванъ Петровичъ сталъ уже безъ понужденія и напоминанія со стороны о. Никандра самостоятельно ухаживать за крестнымъ и отмѣнно усердствовалъ въ тасканіи чемодановъ и узловъ въ повозку. Впечатлѣнія зернистой икры на время заслонились образомъ Гланіи Чистосердовой, которую онъ видѣлъ прошлыми святками на вечерѣ у наблюдателя. Все это, впрочемъ, было въ будущемъ, болѣе или менѣе гадательномъ... мечта, такъ сказать, которая можетъ и не сбыться... журавль въ облакахъ. Между тѣмъ, матримоніальный разговоръ, который велъ о. Никандръ, внушалъ теперь крестнику вполнѣ осуществимую надежду:-- авось, крестный подвезетъ его до дому -- не какъ крестника, имя коего очень мало говоритъ сердцу, а какъ потенціальнаго племянника, будущую родню, къ которой нельзя же не питать болѣе нѣжныхъ чувствъ. Благо, и дорога обоимъ лежала по одному тракту, только крестный жилъ дальше крестника верстъ на двадцать. И Иванъ Петровичъ уповательно посматривалъ на мѣсто рядомъ съ крестнымъ...
Однако надежда эта постепенно гасла, какъ уголекъ въ пеплѣ, когда крестникъ увидѣлъ, что о. Никандръ, усѣвшись и расправившись пошире и поудобнѣе въ тарантасѣ, безъ особенной нужды сталъ съ просторомъ размѣщалъ узлы вокругъ своей тучной персоны, которые запестрѣли со всѣхъ сторонъ, словно цыплята около насѣдки.
-- "Должно быть, придется рядомъ съ Ѳедоромъ,-- подумалъ Началовъ.-- Э, да все равно, лишь бы не пѣшкомъ*.