Къ вечеру Иванъ Петровичъ доплелся до Тошниловки, запыленный, измученный, съ мозолями на ногахъ. Мать радовалась, жалѣла и изо всѣхъ силъ угощала единственнаго сына, всю свою надежду. Но еще раньше того материнская любовь постепенно съ годами преображалась въ особаго рода уваженіе къ будущему кормильцу, и потому въ ея отношеніяхъ было много сдержанности, переходившей даже въ почтительность. Звала она сына не иначе, какъ Иваномъ Петровичемъ.
И теперь давно ужъ у матери готовъ былъ сорваться съ языка вопросъ, нашелъ-ли сынъ невѣсту по сердцу, но она терпѣливо выждала, пока тотъ заговоритъ самъ.
-- Изъ поѣздки толку не вышло,-- сказалъ, наконецъ, Иванъ Петровичъ,-- а только одна непріятность.-- И на нѣмой вопросъ матери онъ отвѣтилъ:
-- Товарищъ мнѣ говорилъ послѣ, будто барышнямъ я совсѣмъ не нравлюсь. Во мнѣ только одно достоинство находятъ -- пѣть могу, да этимъ не удивишь -- всѣ семинаристы поютъ, женихи же особенно. -- Дальше онъ остановился, подумавъ, все-ли разсказывать, и продолжалъ:
-- Неуклюжъ я, ни встать, ни сѣсть, танцую по медвѣжьи, комплиментъ пущу -- колодой выходитъ, вообще ухаживать за барышнями не мастеръ... А онѣ, песъ ихъ дери, смѣются, особенно одна Серафимочка Чукаловская... Ну, бѣдовая, чистое веретено... Играли въ игру -- "на кого моя барыня похожа" "съ опроверженіемъ", т. е. нужно было доказывать, почему прозвища неправильны. Посадили меня на стулъ и началась характеристика. Ужъ чистили меня, чистили -- одно другого хуже, даже затошнило... "Медвѣдь, трубочистъ, аистъ, теленокъ, Ерусланъ Лазаревичъ, картошка, Степка-растрепка, Гоголевскій Петрушка, тюря, оглобля, архіерейская калоша, Сивый меринъ"... Краснѣлъ-краснѣлъ я, какъ ракъ, однако, все еще можно было терпѣть... Опровергалъ, хоть и плевался. Вдругъ, въ самомъ концѣ аттестація: похожъ на евнуха!.. И все это она подстроила, дѣвочку одну маленькую подговорила, та по глупости и ляпнула. Всѣ стали смѣяться, понравилось прозвище. Не вытерпѣлъ я, уѣхалъ, не простился даже...
-- Такъ тебѣ никто и не поглянулся? -- спросила мать.
-- Да,-- отвѣтилъ тотъ, вздохнувъ.
-- Такъ, значитъ, еще отложишь на годъ свадьбу?
-- Кто знаетъ? Вотъ крестный насылается съ племянницей.
И Иванъ Петровичъ передалъ матери разговоръ по этому поводу съ о. Никандромъ.