-- Да все по дальней роднѣ шлёндалъ...
-- Невѣсту, чай, высматривалъ?
-- Былъ тотъ грѣхъ...
-- А учительство развѣ по боку?
-- Ну его... оскомину набило.
На откидномъ столикѣ у окна предъ о. Никандромъ Тронинымъ стоялъ большой жестяной чайникъ, рядомъ въ бумажкѣ развернуты были свѣжая зернистая икра, сочившійся жирный балыкъ, куски сахара, булка и прочія принадлежности завтрака. Батюшка усердно давилъ мельхіоровой ложечкой кусокъ лимона въ стаканѣ и разсѣянно ронялъ слова:
-- А вѣдь, кажется, ты увлекался учительствомъ?
-- Отецъ-наблюдатель всякую охоту отобьетъ.
-- Вонъ оно что... Это о. Кондаковъ?
-- Да.