Адамъ встрѣтился глазами съ Сетомъ, который печально взглянулъ сперва на Дину, потомъ на него.
-- Нѣтъ, мама, сказалъ онъ,-- ужъ если дѣлать гробъ дома, такъ пусть и Сетъ надъ нимъ поработаетъ -- иначе я не согласенъ. Теперь, до обѣда, я схожу въ деревню, потому-что я нуженъ мистеру Бурджу, а Сетъ останется дома и начнетъ гробъ. А къ обѣду я возвращусь, а онъ уйдетъ,
-- Нѣтъ, нѣтъ, твердила Лизбета уже со слезами;-- я давно положила себѣ на сердцѣ, что ты сдѣлаешь гробъ отцу одинъ, своими руками. А ты такой упрямый, такой своевольный... никогда ни въ чемъ матери не уступишь! Ты часто сердился на отца, когда онъ былъ живъ, такъ хоть теперь, когда его не стало, загладь свою вину передъ нимъ -- сдѣлай ему гробъ. И зачѣмъ тутъ путаться Сету?-- покойникъ и не подумалъ-бы Сетѣ, еслибъ спросили его.
-- Не спорь, Адамъ, не спорь, мама права, проговорилъ
Сетъ мягко, хоть голосъ его и выдавалъ усиліе, котораго ему стоили эти слова. Я пойду на работу, а ты оставайся.
-- И онъ сейчасъ-же прошелъ въ мастерскую. Адамъ пошелъ за нимъ, а Лизбета. машинально возвращаясь къ старымъ привычкамъ, начала убирать посуду со стола, какъ будто желая показать Динѣ, что ея услуги больше не нужны. Дина ничего не сказала, но воспользовалась случаемъ и незамѣтно скрылась въ мастерскую.
Братья уже надѣли свои рабочіе фартуки и бумажныя шапочки. Адамъ стоялъ, положивъ лѣвую руку на плечо Сету, а правой, въ которой былъ молотокъ, указывая ему на доски, что-то объясняя. Оба стояли спиной къ двери, и Дина вошла такъ тихо, что они замѣтили только тогда, когда она сказала: "Сетъ Бидъ!" Сетъ вздрогнулъ, и оба они обернулись. Дина какъ будто не замѣчала Адама: Поднявъ глаза на лицо Сета, она сказала ему ласково и спокойно.
-- Я не прощаюсь съ вами. Мы еще увидимся, когда вы придете съ работы; мнѣ незачѣмъ возвращаться домой раньше вечера.
-- Спасибо вамъ, Дина. Я буду радъ проводить васъ домой еще разъ -- быть можетъ въ послѣдній.
Голосъ Сета немного дрожалъ. Дина протянула ему руку и сказала: