-- Мы поѣдемъ въ Райландсъ.
-- Брилліанты будутъ ей доставлены туда,-- отвѣтила рѣшительно м-съ Глашеръ.
-- Хорошо, я уѣзжаю.
Онъ даже не хотѣлъ пожать ея руки,-- такъ сильно она его оскорбила; но, поставивъ на своемъ, она готова была унизиться передъ нимъ ради дѣтей.
-- Простите меня, я никогда не буду болѣе васъ сердить,-- произнесла она, бросая на него умоляющій взглядъ, хотя въ глубинѣ своей души она сознавала, что не ей слѣдовало просить прощенья, а ему.
-- Сдержите свое слово,-- сказалъ Грандкортъ:-- вы своей безумной выходкой причинили мнѣ много горечи.
-- Бѣдный!-- произнесла Лидія съ саркастической улыбкой, но въ ту же минуту съ обычной перемѣнчивостью своей натуры рѣшилась нѣжными ласками примирить его съ собою.
Она положила ему руку на плечо, и онъ ее не отстранилъ: она такъ его напугала, что онъ теперь съ удовольствіемъ видѣлъ, что она покорно возвращается къ своему прежнему, зависимому положенію.
-- Закурите сигару,-- сказала она, вынимая портъ-сигаръ изъ внутренняго кармана его сюртука.
Среди подобныхъ выраженій обоюднаго страха другъ къ другу они разстались. Грандкортъ вынесъ изъ этого свиданія гнетущее впечатлѣніе, что его власть надъ окружающими лицами не была полной и неограниченной.