-- Васъ удовлетворило-бы только ея безконечное отчаяніе!-- сказала съ жаромъ Гвендолина.
-- Объ удовлетвореніи тутъ не можетъ быть рѣчи; я былъ-бы преисполненъ грусти. Это не пустыя слова; я не хочу этимъ сказать, что совершенство не возбуждаетъ въ немъ восхищенія, но человѣкъ, незаслуживающій никакого состраданія внушаетъ горькое сочувствіе, когда его дѣйствія породили въ немъ укоры совѣсти. Люди развиваются различно; нѣкоторые прозрѣваютъ только благодаря тяжелымъ ударамъ, которые они сами наносятъ себѣ своимъ поведеніемъ. Во время подобныхъ страданій мы испытываемъ къ нимъ больше сочувствія, чѣмъ къ самодовольнымъ, никогда незаблуждающимся существамъ.
Говоря это, Деронда забылъ обо всемъ, кромѣ подозрѣваемыхъ страданій Гвендолины, и въ его голосѣ и глазахъ ясно выразилось самое теплое участіе.
-- Вы уговариваете м-съ Грандкортъ спѣть намъ что-нибудь, Данъ?-- спросилъ сэръ Гюго, подходя къ нимъ и положивъ руку на плечо Деронды.
-- Я никакъ не могу рѣшиться на это,-- отвѣтила Гвендолина, вставая.
За сэромъ Гюго подошло еще нѣсколько человѣкъ, и въ этотъ день уже не представилось болѣе случая Дерондѣ и Гвендолинѣ поговорить наединѣ.
На слѣдующій вечеръ былъ канунъ новаго года, и въ портретной галлереѣ, надъ старинными монастырскими келіями, предполагалось устроить ежегодный балъ, даваемый баронетомъ для своихъ фермеровъ, а среди толпы и общей суматохи всегда удобно уединиться. Одѣваясь къ балу, Гвендолина хотѣла, въ воспоминаніе о Лейбронѣ, надѣть на шею только бирюзовое ожерелье, но она боялась оскорбить мужа, не явившись на подобное торжество во всемъ своемъ блескѣ, и потому надѣла памятное ожерелье въ видѣ браслета, обернувъ его три раза вокругъ кисти.
Балъ наканунѣ новаго года въ аббатствѣ представлялъ живописную картину и, насколько возможно, возсоздавалъ старину, согласно семейнымъ преданіямъ. Полъ монастырской галлереи былъ устланъ краснымъ ковромъ; въ противоположныхъ ея концахъ и вокругъ оконъ были устроены открытые павильоны изъ цвѣтовъ и тропическихъ растеній. Въ числѣ, приглашенныхъ, кромѣ фермеровъ, были и сосѣдніе сквайры, такъ что будущіе обладатели королевскаго и аббатскаго Топинга могли увидѣть здѣсь въ самомъ пріятномъ освѣщеніи свою будущую славу и все мѣстное величіе. Сэръ Гюго былъ увѣренъ, что Грандкорта польститъ приглашеніе на это семейное торжество, и вмѣстѣ съ, тѣмъ надѣялся, что, видя его сіяющую здоровьемъ и благоденствіемъ фигуру, Грандкортъ предпочтетъ получить тотчасъ значительную сумму денегъ, чѣмъ ожидать наслѣдства послѣ его смерти.
Всѣ присутствующіе, до послѣдней дочери самаго бѣднаго фермера, знали, что они увидятъ наслѣдника сэра Гюго, съ его молодой женой, такъ-какъ, по слухамъ, всегдашнія холодныя отношенія между баронетомъ и Грандкортомъ превратились въ тѣсную дружбу. Гвендолина, открывая балъ вмѣстѣ съ сэромъ Гюго, привлекала къ себѣ всѣ взоры, и, если-бы годъ тому назадъ она съ помощью какого-нибудь волшебнаго зеркала, увидѣла себя въ подобномъ положеніи, то сочла-бы себя вполнѣ счастливой. Теперь-же она удивлялась, какъ могла чувствовать такъ мало удовольствія отъ величія и блеска, среди которыхъ она очутилась послѣ скучной дѣвичьей жизни и ожидавшей ее мрачной будущности. Однако, она держала себя съ такимъ достоинствомъ, что всѣ женщины ей завидовали. Если-бъ она родилась дочерью герцога или даже короля, она не могла-бы болѣе просто и естественно принимать всеобщее поклоненіе. Бѣдная Гвендолина! она мало-по-малу научилась переносить свой роковой проигрышъ въ великой жизненной игрѣ съ совершеннымъ спокойствіемъ и невозмутимымъ самообладаніемъ...
Вторая пара, слѣдовавшая за сэромъ Гюго и Гвендолиной, также заслуживала вниманія по разительному контрасту между кавалеромъ и дамой -- старой, сѣдой леди Пентритъ и юнымъ, блестящимъ Даніелемъ Дерондой, который казался только-что распустившимся, свѣжимъ цвѣткомъ подлѣ сѣраго лишайника. Третья пара состояла изъ Грандкорта и леди Малинджеръ; первый, являясь какъ всегда, врожденнымъ джентльменомъ, могъ-бы, по мнѣнію всѣхъ присутствующихъ, имѣть болѣе свѣжій цвѣтъ лица, больше волосъ на головѣ и больше жизненности въ глазахъ, а послѣдняя -- своимъ добрымъ простымъ лицомъ и нѣжно смотрѣвшими на всѣхъ голубыми глазами возбуждала въ окружающихъ только сожалѣніе о томъ, что она не подарила мужу красиваго, молодого наслѣдника.