-- Я понимаю твой намекъ, Мейрикъ, и очень сожалѣю, что въ одномъ отношеніи мы останемся враждебны другъ другу. Но я надѣюсь, что ты скажешь прямо, есть-ли у тебя основанія разсчитывать на успѣхъ, или нѣтъ?
-- Твой вопросъ совершенно излишенъ,-- отвѣтилъ Гансъ съ видимымъ раздраженіемъ.
-- Отчего?
-- Оттого, что ты долженъ это знать гораздо лучше меня.
-- Я буду откровеннѣе тебя и скажу, что у меня нѣтъ и тѣни надежды на успѣхъ.
Гансъ поспѣшно взглянулъ на Деронду и снова отвернулся.
-- Я даже не знаю,-- продолжалъ Деронда, оскорбленный недовѣріемъ Ганса,-- какъ мнѣ высказать ей мои чувства. Если она не любить меня, то я причиню ей большое горе, такъ-какъ не могу оставить ея брата, а постоянно видѣть ее послѣ подобнаго объясненія будетъ мнѣ крайне тяжело.
-- И я, кажется, никогда не высказывалъ ей своихъ чувствъ,-- замѣтилъ Гансъ какъ-бы въ свое оправданіе.
-- Ты хочешь сказать, что мы съ тобою въ одинаковомъ положеніи. Въ такомъ случаѣ, тебѣ нечего мнѣ завидовать.
-- Я слишкомъ высокаго о себѣ мнѣнія, чтобы тебѣ завидовать.