Замѣтивъ въ этихъ словахъ косвенное осужденіе Гвендолины, м-съ Давило ничего не отвѣчала, хотя внутренно думала: "не выдать-же мнѣ ее замужъ за перваго встрѣчнаго для твоего удовольствія". Извѣстно, что добрая, покорная м-съ Давило выходила изъ себя, когда дѣло касалось ея дочери.
-- Говорятъ, что м-ръ Грандкортъ имѣетъ два собственныхъ помѣстья,-- сказала м-съ Гаскойнъ мужу;-- онъ посѣтитъ Дипло только для охоты. Надо надѣяться, что онъ послужитъ хорошимъ примѣромъ для всего мѣстнаго общества. Слышалъ ты, Генри, что это за человѣкъ?
Гаскойнъ не слыхалъ ничего о м-рѣ Грандкортѣ или, по крайней мѣрѣ, не хотѣлъ повторять сплетенъ, если онѣ до него и доходили. Онъ считалъ безполезнымъ и неприличнымъ интересоваться прошлымъ молодого человѣка, для котораго, благодаря его рожденію и богатству, многія дѣйствія, непростительныя всякому другому, являются совершенно невинными. Что-бы ни дѣлалъ Грандкортъ, онъ неразорился, а извѣстно, что, напримѣръ, относительно страсти къ игрѣ человѣкъ, имѣвшій достаточно силы воли, чтобъ остановиться, разоривъ только другихъ, а не себя, считается нравственной или, по крайней мѣрѣ, исправившейся личностью. Что-же касается именно м-ра Грандкорта, то не было никакихъ данныхъ о томъ, что-бы онъ нуждался въ исправленіи болѣе всѣхъ другихъ молодыхъ людей, достигшихъ тридцатипятилѣтняго возраста. Во всякомъ случаѣ, богатый и знатный землевладѣлецъ не нуждался въ такомъ изслѣдованіи его прошедшаго, какъ нанимающійся слуга или приказчикъ.
М-съ Давило естественно также не могла оставаться равнодушной къ событію, съ которымъ могла быть связана будущность ея дочери. Она представляла себѣ м-ра Грандкорта красивымъ, образованнымъ молодымъ человѣкомъ, котораго она съ радостью назвала-бы зятемъ. Но понравится-ли онъ Гвендолинѣ? Невозможно было сказать, что могло придтись по вкусу молодой дѣвушкѣ или пробудить въ ея сердцѣ нѣжное чувство. Отказываясь придумать такую комбинацію качествъ, которая заслужила-бы любовь Гвендолины, м-съ Давило говорила себѣ: "не бѣда, если-бъ она вышла замужъ безъ любви, былъ-бы только человѣкъ хорошій". Несмотря на свою неудовлетворительную брачную жизнь, она все-же желала, чтобъ Гвендолина вышла замужъ. Если она при дочери не расхваливала брака, то дѣлала это изъ опасенія, что та скажетъ то-же, что отвѣтила г-жа Роланъ въ юности своей матери на ея увѣреніе, что она будетъ счастлива въ брачной жизни: "Да, мама, какъ вы"...
Относительно м-ра Грандкорта м-съ Давило ни однимъ словомъ не обнаруживала своихъ воздушныхъ замковъ; прежде всего она ихъ какъ-бы стыдилась, а, во-вторыхъ, боялась, чтобъ Гвендолина, узнавъ ея планъ, заранѣе не воспылала-бы ненавистью къ желанному мужу. Со времени печальной сцены объясненія съ Рексомъ, она старалась не затрагивать вопроса о ненависти Гвендолины къ любовнымъ объясненіямъ и никогда не упоминала о томъ, что считала единственнымъ для нея счастьемъ въ жизни -- о замужествѣ.
Однакожъ, костюмъ Гвендолины для предстоящаго праздника стрѣлковъ былъ предметомъ, дозволеннымъ для разговора, а потому мать и дочь безъ конца совѣщались о всѣхъ подробностяхъ туалета. Наконецъ, было рѣшено, что Гвендолина явится въ бѣломъ кашемировомъ платьѣ и единственнымъ украшеніемъ будетъ свѣтло-зеленое перо на шляпкѣ.
-- Какъ мнѣ жаль всѣхъ дѣвушекъ, собирающихся на праздникъ стрѣлковъ,-- сказала Гвендолина съ торжествующей улыбкой, примѣривая свой костюмъ передъ заркаломъ:-- онѣ, бѣдныя, только и думаютъ о м-рѣ Грандкортѣ. А надежды ихъ едва-ли могутъ сбыться.
М-съ Давило съ испугомъ взглянула на дочь; но прежде, чѣмъ она собралась отвѣтить, Гвендолина уже продолжала саркастически;
-- Вы въ этомъ убѣждены, мама. Вы, дядя и тетя рѣшили, что онъ влюбится въ меня.
-- Ну это еще вопросъ, дитя мое,-- промолвила м-съ Давило, хитро улыбаясь:-- миссъ Аропоинтъ имѣетъ такія достоинства, которыхъ у тебя нѣтъ.