-- Миссъ Гарлетъ?-- спросила незнакомка.
-- Да,-- отвѣтила Гвендолина, которую эта встрѣча сильно поразила, несмотря на то, что она уже ожидала чего-то особеннаго, необычнаго.
-- Вы дали согласіе м-ру Грандкорту?
-- Нѣтъ.
-- Я вамъ обѣщала сказать нѣчто важное, но вы прежде дайте слово, что сохраните мою тайну, и, какъ-бы вы не поступили послѣ нашего свиданія, вы не откроете ни м-ру Грандкорту и никому другому, что видѣли меня.
-- Даю слово.
-- Меня зовутъ Лидія Глашеръ; м-ръ Грандкортъ долженъ жениться на мнѣ, или ни на комъ. Я для него бросила мужа и ребенка десять лѣтъ тому назадъ. Эти дѣти -- его, и у насъ есть еще двѣ старшія дѣвочки. Мой мужъ теперь умеръ, и м-ръ Грандкортъ обязанъ жениться на мнѣ, обязанъ сдѣлать сына своимъ наслѣдникомъ.
Съ этими словами она посмотрѣла на бѣлокураго мальчика, и глаза Гвендолины невольно послѣдовали за нимъ. Держа въ зубахъ игрушечную трубу и тщетно надувая обѣ щеки, онъ казался со своими развѣвающимися волосами, залитыми солнечнымъ свѣтомъ, настоящимъ херувимчикомъ.
-- Я не помѣшаю исполненію вашихъ желаній,-- гордо сказала Гвендолина, съ мягкой дрожью въ блѣдныхъ губахъ.
-- Вы прелестны, миссъ Гарлетъ,-- продолжала м-съ Глашеръ;-- но и я была молода, когда онъ меня узналъ. Съ тѣхъ поръ моя жизнь разбита. Несправедливо, чтобы онъ былъ счастливъ, а я и сынъ несчастны.