Несмотря на всю рѣшимость Гвендолины не выказать своего смущенія, она говорила необыкновенно рѣзко, и м-съ Давило тотчасъ поняла, что случилось что-нибудь непріятное.
М-съ Аропоинтъ, съ своей стороны, рѣшила, что самонадѣянная дѣвушка была оскорблена невнимательностью Грандкорта, который, вѣроятно, нашелъ основательную причину для измѣненія своихъ плановъ.
-- Если вы не имѣете ничего противъ этого, мама, то я прикажу подать экипажъ,-- сказала Гвендолина послѣ нѣкотораго молчанія;-- пора домой.
М-съ Давило согласилась; пока ходили за экипажемъ, возвратилось все остальное общество, въ томъ числѣ, и Грандкортъ.
-- И вы здѣсь?-- произнесъ лордъ Бракеншо, подходя къ Гвендолинѣ;-- мы сначала думали, что вы встрѣтили Грандкорта и возвратились съ нимъ назадъ. Лушъ настаивалъ на этой мысли, но потомъ мы встрѣтили Грандкорта одного. Впрочемъ, мы о васъ и не безпокоились: лѣсничій сказалъ что онъ вамъ указалъ кратчайшій путь сюда.
-- Вы уѣзжаете?-- спросилъ Грандкортъ, также подходя къ молодой дѣвушкѣ и говоря своимъ обычнымъ, небрежнымъ тономъ, какъ-бы не сознавая за собой никакой вины.
-- Да, мы уѣзжаемъ,-- отвѣтила Гвендолина, не глядя на него.
-- Могу я завтра пріѣхать въ Офендинъ?
-- Если вамъ угодно,-- промолвила Гвендолина сухимъ, рѣзкимъ голосомъ, звучавшимъ такъ-же уныло, какъ трескъ перваго осенняго мороза.
Грандкортъ предложилъ руку м-съ Давило, чтобъ довести ее до экипажа, а Гвендолина съ необыкновенной быстротой опередила ихъ и прыгнула въ коляску.