Въ это время, когда въ сердцахъ пылкихъ реформистовъ ключемъ била лихорадочная вѣра въ возможность крупнаго политическаго-переворота, многія мѣры, о которыхъ до сихъ поръ люди, стоящіе близко къ дѣлу, говорятъ съ большой оглядкой, съ большимъ недовѣріемъ,-- тогда обсуждались громко и считались безспорнымъ, неотъемлемымъ достояніемъ общественнаго мнѣнія. Вопіющія злоупотребленія -- чудовищный пауперизмъ, чудовищный плурализмъ -- и другія невзгоды и общественныя язвы, препятствующія людямъ быть счастливыми и мудрыми, служили поводомъ къ открытой, ожесточенной борьбѣ. Такія времена полны надеждъ. Позже, когда трупы этихъ чудовищъ были выставлены на удивленіе и поношеніе обществу, и когда все-таки люди не стали ни умнѣе, ни счастливѣе, напротивъ, какъ-то еще больше развелось глупыхъ и несчастныхъ,-- наступило время сомнѣнія и отчаянія. Но въ годъ великой Реформы надежда была всемогуща: избиратели и избираемые упивались будущностью Реформы, какъ виномъ. Ораторы на скамьяхъ Реформы разсыпались въ поздравленіяхъ и обѣщаніяхъ: Либеральное духовенство господствующей церкви привѣтствовало Либеральное католическое духовенство безъ всякаго намека на багряницу, а католическое духовенство отвѣчало съ подобной-же деликатной сдержанностью. Многіе уповали на уничтоженіе всѣхъ возможныхъ злоупотребленій и вообще на водвореніе обѣтованнаго блаженства, другіе, воображеніе которыхъ не удовлетворялось восторженными ожиданіями грядущей зари, настаивали главнымъ образомъ на введеніи баллотировки.

Лайонъ положительно возставалъ противъ баллотированія. Завѣтнѣйшія наши убѣжденія обыкновенно ставятъ насъ въ меньшинство посреди меньшинства собственной нашей партіи:-- и это очень хорошо, потому что чѣмъ бы этимъ бѣднымъ убѣжденіямъ, не родившимся съ серебряной ложкою во рту,-- чѣмъ было бы имъ питаться и жить? Такъ было и съ Лайономъ и съ его протестомъ противъ баллотировки. Но онъ сдѣлалъ замѣчаніе, которое собесѣдникъ его несовсѣмъ понялъ или, правильнѣе, объяснилъ сообразно съ собственной своей теоріей вѣроятностей.

-- Я не имѣю ничего противъ баллотировки, сказалъ Гарольдъ, но я думаю, что намъ не слѣдъ заниматься подобными вещами именно теперь. Мы ничего бы не добились. А между тѣмъ есть другіе вопросы, болѣе существенные и болѣе важные.

-- Стало быть, сэръ, вы подали бы голосъ за баллотировку? сказалъ Лайонъ, поглаживая себя по подбородку.

-- Конечно, еслибъ дѣло дошло до собиранія голосовъ но этому вопросу. Я слишкомъ уважаю свободу избирателей, чтобы возставать противъ мѣры, которая сдѣлала бы эту свободу еще болѣе полной.

Лайонъ смотрѣлъ на говорившаго съ улыбкой состраданія и только подавилъ "гм-м-мъ", что Гарольдъ принялъ за знакъ удовольствія. Онъ оскоро разочаровался.

-- Мнѣ прискорбно слышать это, сэръ, весьма прискорбно. И я покорнѣйше прошу васъ хорошенько обдумать этотъ вопросъ, потому что подобныя недоразумѣнія способны подорвать политическую нравственность въ самомъ корнѣ. Я берусь доказать всякому беспристрастному человѣку, достаточно одаренному принципами общественной и частной добросовѣстности, что баллотировка есть существенное зло, и если не зло, то покрайней мѣрѣ пустяки. Я берусь доказать, во-первыхъ, что баллотировка вздоръ и пустяки, потому что она нисколько не способна предостеречь отъ подкупности и беззаконныхъ постороннихъ вліяній, а во-вторыхъ, что она причинила бы существенный вредъ, потому что отстранила бы такія вліянія, которыми душа человѣка и характеръ гражданина воспитываются къ ихъ великимъ обязанностямъ, Извините, что я васъ задерживаю, сэръ. Но это совершенно необходимо для вашей же пользы.

"Прахъ побери стараго чудака! подумалъ Гарольдъ. Никогда не пойду въ другой разъ на поклонъ къ проповѣдникамъ, или, если пойду,-- то только тогда, когда буду знать, что у нихъ пропалъ голосъ отъ простуды. Онъ хотѣлъ было извиниться какъ можно осторожнѣе, отложить разговоръ до завтра и пригласить Лайона къ себѣ въ комитетъ до срока, назначеннаго для публичной рѣчи; но его выручило открытіе двери. Лидди просунула голову и сказала:

-- Извините, сэръ, вотъ м. Гольтъ желаетъ узнать, можетъ ли одъ войдти и поговорить съ джентльменомъ. Если вамъ не угодно его видѣть, скажите только нѣтъ.

-- Напротивъ: введите его сюда сейчасъ же, Лидди. Молодой человѣкъ, продолжалъ Лайонъ, обращаясь къ Гарольду,-- котораго нельзя не знать кандидату: -- не избиратель, но человѣкъ умный и образованный.