Теперь должно было сдѣлать серьезное усиліе къ прекращенію волненія, нужно было употребить въ дѣло всѣ силы, какія находились въ распоряженіи гражданской власти. Декабрскій день скоро долженъ былъ склониться къ вечеру, а въ темнотѣ всякій безпорядокъ усиливается. Тутъ ужасы, подобные пожару, также легко могли случиться, какъ всякое другое меньшее несчаетіе. Констебли, которые могли, вооружались карабинами и саблями: всѣ достопочтенные обыватели, обладавшіе хотя какой-нибудь долей мужества, приготовились вступить въ борьбу на защиту порядка, многіе изъ нихъ, какъ, напримѣръ, м-ръ Уасъ и м-ръ Тиліотъ выразили убѣжденіе, что главнѣйшею обязанностью ихъ было защищать пивоварни, а также водочные и винные погреба, такъ какъ находящіеся въ этихъ мѣстахъ предметы собственности скорѣе всего могли подвергнуться грабежу и самое нападеніе на нихъ, по своимъ послѣдствіямъ, было опаснѣе нападенія на всякое другое мѣсто. Ректоръ, полный твердой рѣшимости, сѣлъ опять на коня, такъ какъ это казалось лучшимъ способомъ предводительствовать констеблями, чтобы послѣдніе могли дѣйствовать сомкнутой массой. По его приказанію, отрядъ вооруженныхъ людей, миновавъ большую улицу, проѣхалъ по заднимъ улицамъ города и занялъ два главныхъ переулка, изъ которыхъ былъ ходъ въ винные погреба и пивоварню; эти пункты признавалось особенно необходимымъ стеречь, чтобъ изъ нихъ, какъ изъ узкихъ отверстій, можно было поражать толпу.
Между тѣмъ Феликсу Гольту досталось довольно серьезное дѣло на Королевской улицѣ. Какъ только нѣсколько стеколъ въ гостинницѣ "Семи Звѣздъ", было разбито, то это уже послужило достаточнымъ поводомъ къ тому, чтобъ разбивать ее до послѣдней возможности. Духъ разрушенія имѣетъ свойство возрастать по мѣрѣ своихъ успѣховъ; предметъ, который уже подвергся разрушенію или хотя только поврежденію, съ равною охотою осуждается на окончательное потребленіе и взрослыми людьми и безразсудными мальчиками. Кромѣ того, гостинница "Семи Звѣздъ" прикрывала собой Спратта; а на нѣкоторыхъ спрокстонцевъ, стоявшихъ прямо передъ зданіемъ, раздражительно дѣйствовало сознаніе, что Спраттъ оставался здравъ и невредимъ въ такой день, когда за ударами вообще не гнались и когда можно бы было воздать ему должное. Теперь желаніе попасть во внутренность гостинницы сдѣлалось всеобщимъ.
Феликсъ, наконецъ, добровольно поспѣшилъ къ гостинницѣ. До тѣхъ поръ, влекомый толпою, онъ могъ развѣ защищаться отъ толчковъ да удерживаться на ногахъ; онъ предвидѣлъ, что народъ ворвется въ гостинницу; уже слышны были крики: "Спратта! Вывести его сюда! Мы его выбросимъ изъ окошка! Бить его!" При такомъ положеніи дѣла не было ничего невѣроятнаго, что человѣческая жизнь пострадаетъ, а для Феликса было невыносимо присутствовать при слѣпомъ неистовствѣ разъяренной толпы и не попытаться противодѣйствовать ей. Усилія, направленныя къ этой цѣли, хотя бы даже и тщетно, все-таки доставили бы ему больше удовольствія, чѣмъ простое зрѣлище этого буйства. Въ стѣнахъ гостинницы онъ все-таки могъ кого нибудь спасти. Феликсъ вошелъ туда вмѣстѣ съ разнородной толпой, которая сейчасъ же разсѣялась по зданію съ различными цѣлями: нѣкоторые направились въ столовую въ намѣреніи пробраться въ погребъ; другіе поднимались на лѣстницу, ища по всѣмъ комнатамъ Спратта или кого нибудь другаго, кто бы могъ до времени, вмѣсто него, послужить козломъ отпущеніи. Заслышавъ женскій крикъ, Феликсъ пошелъ по тому направленію откуда онъ слышался, и наконецъ достигъ верхняго корридора на лѣстницѣ, гдѣ жена хозяина гостинницы съ нѣсколькими служанками, въ безпомощномъ ужасѣ, старалась спастись отъ двухъ или трехъ полупьяныхъ людей, опорожнившихъ стоявшій внизу графинъ съ водкой. Принявъ на себя тонъ предводителя толпы, Феликсъ закричалъ; "сюда, ребята, здѣсь штука будетъ лучше, ступайте за мной!" и увлекъ этихъ людей съ собой назадъ по корридору. Они достигли нижняго крыльца въ то самое время, когда несчастнаго Спратта тащили съ лѣстницы; онъ былъ безъ сюртука и испускалъ жалобные вопли. Однакожь пока еще никто не надѣлялъ его ни ударами, ни пинками; казалось, жертву нарочно берегли, чтобъ наказать на болѣе просторномъ мѣстѣ, гдѣ притомъ и большое число желающихъ могли бы принять участіе въ этомъ удовольствіи. Феликсъ слѣдовалъ за ними, рѣшившись освободить, если можно, какъ напавшихъ, такъ и жертву нападенія отъ худшихъ послѣдствій. Его умъ былъ занятъ обдумываніемъ различныхъ проектовъ, имѣвшихъ эту цѣль.
Спратта протащили съ лѣстницы и далѣе, вдоль двора, черезъ ворота, какъ простую кучу холста и лоскутьевъ. За воротами онъ встрѣченъ былъ оглушительными криками и свистомъ толпы, хотя многіе въ ней не питали къ Спратту никакой непріязни и только догадывались, что другіе ее имѣютъ. Это была довольно узкая часть улицы,-- далѣе улица становилась шире, и Спратта потащили туда, при крикахъ его враговъ: "мы хотимъ прогуляться съ нимъ, посмотримъ, дѣйствительно-ли онъ такъ перепуганъ, какъ кажется!"
-- Отколотить его да и бросить, раздалось около Феликса.-- Пойдемте-ка въ погреба Тиліота,-- тамъ теперь много джину.
Въ этихъ словахъ заключались двѣ страшныя угрозы. Влача Спратта далѣе, толпа была уже очень близка къ переулку, въ которомъ находился погребъ Тиліота. Феликсъ старался держаться какъ можно ближе къ несчастной жертвѣ. Онъ бросилъ свою собственную палку и несъ дубину, выпавшую изъ рукъ у одного изъ нападавшихъ на гостинницу "Семи Звѣздъ;" голова Феликса была обнажена и вообще, съ перваго взгляда, онъ казался предводителемъ толпы. Въ такомъ положеніи Феликса замѣтили разныя лица, смотрѣвшія съ тревогой на всю эту свалку изъ оконъ верхнихъ этажей,-- замѣтили именно, что онъ употреблялъ всѣ усилія, чтобы протѣсниться сколько можно ближе къ человѣку, котораго тащили.
Между тѣмъ первые изъ констеблей, достигшіе задними путями переулка около дома м-ра Тиліота, разглядѣли, что въ толпѣ находится жертва. Одинъ изъ настоящихъ констеблей, ретивый малый, по имени Тукеръ,-- видя, что нельзя терять времени на размышленіе, пригласилъ своего сосѣда слѣдовать за собой и, схвативъ случившуюся у него саблю, быстро прорвался туда, гдѣ его не ожидали. Въ эту минуту Спраттъ былъ брошенъ, полумертвый отъ страха, на уличныхъ каменьяхъ и окружавшіе его люди немного отступили, какъ бы для того, чтобъ потѣшиться такимъ зрѣлищемъ. Феликсъ воспользовался случаемъ, и, замѣтивъ первое движеніе толпы къ тому мѣсту, на которомъ лежалъ Спраттъ, сдѣлалъ скачокъ впередъ, чтобы можно было защитить несчастнаго. Въ эту минуту Тукеръ загородилъ ему дорогу и думая, что Феликсъ предназначался быть палачомъ Спрятта,-- способность различать предметы находилась у Тукера болѣе въ мускулахъ, чѣмъ въ глазахъ,-- онъ бросился на Феликса, намѣреваясь схватить его за воротъ и повалить. Но Феликсъ, обладавшій быстротою соображенія, понялъ въ чемъ дѣло и выбралъ изъ двухъ золъ, казалось ему, меньшее. Проворный, какъ молнія, онъ увернулся отъ констебля, самъ напалъ на него и попытался овладѣть его оружіемъ. Эти борьба, въ которой окружающіе были простыми зрителями, кончилась тѣмъ, что констебль упалъ на землю, а Феликсъ овладѣлъ его саблей. Онъ выпрямился, держа ее въ рукахъ. Толпа заревѣла "ура!" предполагая, что побѣдитель въ самомъ дѣлѣ былъ на ея сторонѣ и чистосердечно сразился съ констеблемъ. Тукеръ, однакожъ, не вставалъ съ мостовой;
Феликсъ впрочемъ не предполагалъ, чтобы констебль получилъ сильное поврежденіе.
-- Не трогайте его! сказалъ Феликсъ.-- Пусть онъ идетъ. Сюда несите Спратта и слѣдуйте за мной!
Феликсъ хорошо понималъ, что впутался въ опасное дѣло. Но въ его воображеніи все еще носились ужасы, которые могли бы произойти, еслибы ему не удалось удержать окружавшую его массу хаотическихъ стремленій и порывовъ отъ всякихъ дальнѣйшихъ нападеній на тѣ мѣста, гдѣ эти порывы, подъ вліяніемъ одуряющихъ и разгорячающихъ веществъ, могли обратиться въ пламя. Въ такую минуту человѣкъ, подобный Феликсу, не въ состояніи былъ разсчитывать, каковы будутъ для него самого слѣдствія недоразумѣнія относительно той роли, которую онъ игралъ въ сегодняшнемъ бунтѣ. Природа никогда не производитъ такихъ людей, которые обладали бы въ одно время и энергическою симпатіею къ людямъ и мелочною разсчетливостью. Феликсъ увѣренъ былъ, что имѣетъ достаточную власть надъ умами окружающихъ и потому рѣшился постараться отвлечь раздраженную толпу отъ совершенія какого нибудь преступленія, до того времени, пока она не будетъ окончательно усмирена войскомъ, которое,-- какъ онъ полагалъ на основаніи словъ м-ра Кроу, сказанныхъ уже довольно давно,-- должно было скоро прибыть.