Когда глаза Гарольда остановились въ третій разъ на подписяхъ этого документа, Джерминъ сказалъ:
-- Такъ какъ смерть истца прекратила дѣло, то мы не имѣли никакой надобности представлять Томаса Трансома, который именно былъ тотъ старикъ, о которомъ я упоминалъ. Слухъ о нашихъ хлопотахъ по собиранію о немъ нужныхъ свѣденій дошелъ до него, и когда уже дѣло было окончено, онъ явился сюда, полагая извлечь изъ этого себѣ пользу. Вотъ, если желаете, и записка о немъ. Повторяю, что онъ умеръ во время выборовъ. Доказательства всѣ на лицо. Повторяю еще, что я знаю, и одинъ только я, о существованіи наслѣдника Байклифовъ, и могу, если понадобится, доказать этотъ фактъ
Гарольдъ снова всталъ и началъ ходить взадъ и впередъ по комнатѣ. У него не было готоваго оружія, чтобъ отразить такое неожиданное нападеніе.
-- А гдѣ онъ, этотъ Байклифъ? сказалъ онъ наконецъ, останавливаясь и смотря прямо въ лицо Джермина.
-- Я не скажу ни слова болѣе, пока вы мнѣ не обѣщаете пріостановить ваше дѣло противъ меня.
Гарольдъ снова отвернулся и въ продолженіи нѣсколькихъ минутъ смотрѣлъ молча въ окно. Въ умѣ его происходила борьба чрезвычайно сложная. Наконецъ онъ произнесъ:
-- Эта особа не знаетъ своихъ правъ?
-- Нѣтъ.
-- Онъ воспитанъ въ низшемъ классѣ?
-- Да, отвѣчалъ Джерминъ, отчасти догадываясь, что происходило въ умѣ Гарольда,-- оставляя его въ невѣдѣніи, мы не наносимъ ему никакого вреда. Это вопросъ чисто юридическій. И какъ я сказалъ сначала, и одинъ знаю это дѣло и въ моихъ рукахъ находятся всѣ доказательства. Я могу навсегда уничтожить этотъ фактъ, я же могу и обратить его противъ васъ. Вамъ предстоитъ выбирать то, или другое.