Джерминъ понялъ ѣдкую колкость послѣднихъ словъ м-съ Трансомъ, и онѣ еще болѣе ожесточили его.
-- Я не вижу этого, отвѣчалъ онъ съ презрительнымъ смѣхомъ,-- вамъ предстояло спасти свое состояніе и положеніе въ свѣтѣ, чтобъ не ходить далѣе. Я помню очень хорошо, что вы мнѣ тогда сказали. "Умный стряпчій можетъ все сдѣлать; невозможное онъ дѣлаетъ возможнымъ. И вѣдь навѣрно все состояніе перейдетъ когда нибудь къ Гарольду". Онъ былъ тогда еще ребенкомъ.
-- Я все помню, быть можетъ слишкомъ хорошо; вы бы лучше прямо сказали, съ какой цѣлью вы возбуждаете эти воспоминанія.
-- Съ цѣлью, которая ничто иное, какъ справедливость. Находясь въ тѣхъ отношеніяхъ, въ которыхъ я находился, я не считалъ себя обязаннымъ соблюдать всѣ формальности, необходимыя для постороннихъ, чужихъ людей. Часто было очень затруднительно занимать деньги для уплаты прежнихъ долговъ и продолженія своихъ дѣлъ; я, какъ уже сказалъ, пренебрегъ всѣми открывавшимися передо мною путями къ славѣ и богатству, чтобъ только остаться здѣсь. Всякій, кто узнаетъ всѣ обстоятельства, признаетъ что преслѣдовать меня и губить за мои прошедшія распоряженія по вашимъ семейнымъ дѣламъ, страшно несправедливо и противоестественно.
Джерминъ остановился съ минуту и потомъ прибавилъ:-- Въ мои лѣта... съ большимъ семействомъ... и послѣ всего, что произошло... я думалъ, что вы не будете имѣть большей заботы на свѣтѣ, какъ не допустить такого дѣла.
-- Это и составляетъ мою горькую заботу. Но въ моей власти только страдать.
-- Нѣтъ, въ вашей власти гораздо болѣе. Вы могли бы меня спасти, еслибъ захотѣли. Нельзя предположить, чтобъ Гарольдъ пошелъ противъ меня... еслибъ онъ зналъ всю правду.
Джерминъ сѣлъ на стулъ прежде чѣмъ произнесъ послѣднія слова. Онъ понизилъ нѣсколько свой голосъ и въ эту минуту походилъ на человѣка, который полагаетъ, что онъ подготовилъ путь къ сдѣлкѣ.
Когда онъ, снова садясь и облокачиваясь на колѣни, произнесъ свои послѣднія слова:-- "еслибъ онъ узналъ всю правду" -- какая-то дрожь пробѣжала по всему дотолѣ неподвижному тѣлу м-съ Трансомъ и глаза ея неожиданно заблестѣли, какъ у звѣря бросающагося на свою жертву.
-- И вы надѣетесь, что я скажу ему? произнесла она не громко, но звучнымъ металлическимъ голосомъ.