-- Да, мой милый, старый наставникъ, сказала Катерина, съ видомъ утомленія опускаясь въ кресла.-- Въ чемъ же дѣло?
Мистеръ Гильфиль усѣлся противъ нея, и сказалъ:-- Я надѣюсь, милая Катерина, что васъ не обидятъ ной слова. Меня побуждаетъ говорить съ вами не иное какое-либо чувство, а только искреннее участіе къ вамъ и душевное безпокойство о васъ. О прочемъ я умалчиваю. Вы знаете, что вы для меня дороже всего на свѣтѣ; но я не хочу навязывать вамъ чувство, на которое вы не можете отвѣчать. Я буду говорить съ вами какъ братъ, какъ тотъ старый Менардъ, который десять лѣтъ тому назадъ носилъ васъ на рукахъ. Вы не подумаете, я надѣюсь, что я хочу говорить о предметѣ, тягостномъ для васъ, изъ какой-нибудь низкой, эгоистической цѣли?
-- Нѣтъ; я знаю, что вы очень добры, разсѣянно сказала Катерина.
-- То, что я видѣлъ вчера, продолжалъ мистеръ Гильфиль слегка краснѣя, и нерѣшительно:-- возбудило во мнѣ опасеніе,-- простите мнѣ Катерина, если я ошибаюсь,-- что капитанъ Вибрау позволяетъ себѣ до сихъ поръ играть вашимъ сердцемъ, обращаться съ вами не такъ, какъ слѣдуетъ объявленному жениху другой дѣвушки.
-- Что вы этимъ хотите сказать, Менардъ? сказала Катерина, вспыхнувъ и дрожа отъ волненія.-- Хотите вы сказать, что я поощряла его ухаживать за мной... Какое право имѣете вы предполагать это? Что вы видѣли вчера? На что вы намекаете?
-- Не сердитесь, Катерина. Я не подозрѣваю васъ ни въ чемъ дурномъ. Я подозрѣваю только, что этотъ негодяй старается поддержать въ васъ чувство, которое не только пагубно для спокойствія вашего духа, но можетъ повлечь за собой много дурнаго и для другихъ. Я хотѣлъ предупредить васъ, что миссъ Эшеръ зорко слѣдитъ за всѣмъ тѣмъ, что происходитъ между вами и капитаномъ Вибрау, и я увѣренъ, что она начинаетъ ревновать его къ вамъ. Будьте осторожны, Бога ради, Катерина, и старайтесь обращаться съ нимъ вѣжливо, но равнодушно. Вы видите теперь, я увѣренъ, что онъ не стоитъ вашего чувства къ нему. Каждое лишнее біеніе его сердца тревожитъ его болѣе всѣхъ мученій, которымъ онъ подвергъ васъ.
-- Не говорите о немъ такимъ образомъ, Менардъ, страстно воскликнула Катерина.-- Онъ не то, что вы думаете. Онъ думалъ обо мнѣ; онъ любилъ меня; онъ только покорился волѣ дяди!
-- Разумѣется! Я знаю, что онъ всегда, по самымъ добродѣтельнымъ причинамъ, дѣлаетъ все то, что ему самому пріятно и полезно.
Мистеръ Гильфиль замолчалъ. Онъ чувствовалъ, что начинаетъ горячиться и можетъ этимъ испортить все дѣло.
-- Я не стану высказывать моего мнѣнія о немъ, продолжалъ онъ потомъ спокойно и ласково.-- Но любилъ ли онъ васъ или нѣтъ, его теперешнія отношенія къ миссъ Эшеръ такого рода, что ваша любовь къ нему можетъ повредить не вамъ одной. Поймите меня, я не ожидаю, чтобы вы разлюбили его разомъ, въ одну ночь. Время, разлука и чувство долга -- единственныя лѣкарства. Еслибъ я не боялся, что сэръ-Кристоферъ и леди Чеверель удивятся и будутъ недовольны, я бы попросилъ ихъ отпустить васъ на время къ моей сестрѣ. Она и мужъ ея добрые люди, и вы были бы у нихъ какъ дома. Но теперь именно нельзя этого безъ особенной какой-нибудь причины; и я больше всего боюсь возбудить подозрѣнія сэръ-Кристофера на счетъ вашихъ чувствъ и того, что было прежде. Вы согласны со мной, Тина?