-- Вашъ покорнѣйшій слуга, мастеръ Томъ, сказалъ рыжій незнакомецъ съ улыбкой, которая прорывалась сквозь принятую имъ личину грусти.-- Вы, безъ-сомнѣнія, не узнаёте меня, продолжалъ онъ, такъ-какъ Томъ попрежнему глядѣлъ на него вопросительно: -- но я желалъ бы поговорить съ вами наединѣ, если можно.

-- Въ гостиной есть огонь, мастеръ Томъ, сказала Кассія, нежелавшая оставить кухню въ самомъ разгарѣ жаренья.

-- Пойдемте же туда, сказалъ Томъ, въ которомъ мелькнула мысль ужь не посланъ ли этотъ юноша Гестомъ и Ко, такъ-какъ его воображеніе постоянно было устремлено на этотъ предметъ, и дядюшка Динъ могъ во всякое время его увѣдомить, что въ компаніи открылась для него вакансія.

Яркій огонь въ гостиной былъ единственный свѣтъ, освѣщавшій небольшое число стульевъ, бюро, полъ, лишенный ковра, и единственный столъ... нѣтъ, впрочемъ, не единственный, такъ-какъ въ углу былъ еще другой столикъ, на которомъ лежали Библія и нѣсколько другихъ книгъ. Этотъ новый видъ опустошенія поразилъ Тома, прежде нежели онъ подумалъ взглянуть еще разъ на незнакомца, лицо котораго теперь тоже было ярко освѣщено и который бросилъ полузастѣнчивый, вопросительный взглядъ на Тома, продолжая тѣмъ же совершенно незнакомымъ голосомъ:

-- Какъ, вы не помните Боба, которому вы дали этотъ ножъ, мастеръ Томъ?

Въ то же время онъ вынулъ карманный ножикъ въ грубой отдѣлкѣ и, въ подтвержденіе своихъ словъ, отворилъ широкій клинокъ его.

-- Какъ! Бобъ Джэкинъ? сказалъ Томъ, но безъ всякаго выраженія восторга или даже радушія, потому-что онъ нѣсколько стыдился этой ранней дружбы, символомъ который былъ карманный ножъ, и къ-тому жь, вовсе не былъ увѣренъ въ чистотѣ побужденій, заставившихъ Боба напомнить о ней,-- Ну да, Бобъ Джэкинъ, если имя Джекинъ необходимо съ-тѣхъ-поръ, какъ существуетъ такъ много Бобовъ. Помните ли, какъ вы пошли на охоту за векшами въ тотъ день, какъ я еще полетѣлъ на землю съ вѣтки и порядочно расшибъ себѣ спину; но я все-таки поймалъ бѣлку, даромъ-что она знатно царапалась. При этомъ это лезвее ножа сломалось, какъ вы видите; но я съ тѣхъ-поръ не хотѣлъ вставить другаго, потому-что меня могутъ надуть и дать мнѣ взамѣнъ другой ножъ, а здѣсь другаго такого клинка не найти; къ-тому жь, онъ пришелся мнѣ по-рукѣ. Никто никогда еще ничего не давалъ мнѣ, кромѣ васъ, мастеръ Томъ; а что я имѣю, я пріобрѣлъ собственной смекалкой; только Билль Фоксъ подарилъ мнѣ щенка терьера вмѣсто того, чтобъ потопить его, и то мнѣ пришлось долго приставать къ нему.

Бобъ говорилъ съ какой-то рѣзкою и порывистою болтливостью; по окончаніи же рѣчи, онъ съ любовью обтеръ ножъ объ рукавъ.

-- Ну, Бобъ, сказалъ Томъ нѣсколько-покровительственнымъ тономъ, такъ-какъ упомянутыя воспоминанія расположили его быть на столько любезнымъ, сколько того требовало приличіе, хотя ни одинъ эпизодъ знакомства его съ Бобомъ не былъ ему такъ памятенъ, какъ причина ихъ ссоры при прощаньи: могу я что-нибудь для тебя сдѣлать?

-- О, нѣтъ, мастеръ Томъ! отвѣчалъ Бобъ, закрывъ свой ножъ и спрятавъ его въ карманъ, гдѣ онъ какъ-будто искалъ чего-нибудь другаго.-- Я бы не воротился къ вамъ теперь, когда вы въ бѣдѣ, и хозяинъ, у котораго я гонялъ воробьевъ и который высѣкъ меня шутя, когда я воровалъ рѣпу, говорятъ, уже, бѣдный, не встанетъ съ постели, не пришелъ бы я къ вамъ теперь просить другаго ножа, за то, что вы мнѣ одинъ пожаловали. Если мнѣ молодецъ какой глазъ подобьетъ, я не стану ему другой подставлять, прежде чѣмъ отплачу ему тѣмъ же; и хорошая продѣлка, кажись, во всякомъ разѣ стоитъ дурной. Теперь я подросъ; и когда вы были маленькимъ мальчикомъ и я также, я васъ любилъ больше всѣхъ другихъ товарищей, даромъ-что вы мной и гнушались и нерѣдко меня колачивали. Вотъ, Дикъ Бремби былъ мнѣ подъ-силу и я его вдоволь колачивалъ, да, вѣдь, наконецъ и колотить надоѣстъ, когда онъ все-таки глазѣетъ и не видитъ того, что нужно. Знаю я не одного мальчишку, что вылупя глаза глядитъ на дерево, а не отличитъ птичья хвоста отъ зеленаго листа. Что будешь дѣлать съ такою дрянью? А у васъ глаза на мѣстѣ, мастеръ Томъ: я всегда былъ увѣренъ, что вы не пропустите ни одного хорька, или крысы, когда я выгонялъ звѣря изъ кустовъ, мигомъ зашибете, бывало.