Потомъ, усѣвшись въ креслѣ и положивъ палку около себя, онъ снова окинулъ взоромъ всю комнату. Лука между-тѣмъ вышелъ.
-- А оставили они большую Библію? сказалъ мистеръ Тёливеръ:-- въ ней все есть: и когда я родился, и когда женился. Принеси-ка ее, Томъ.
Ему подали Библію. Открывъ ее на первой страницѣ, онъ сталъ медленно читать. Мистрисъ Тёливеръ, взойдя въ комнату, остановилась въ изумленіи, при видѣ мужа внизу и за Библіею.
"А!... проговорилъ онъ, устремивъ взоръ на одну строчку и указывая пальцемъ на нее: -- моя мать была Маргарита Бизонъ; она умерла сорока-семи лѣтъ. Въ ея семействѣ никто долго не жилъ. Мы дѣти нашей матери -- я и Грити; мы скоро пойдемъ на покой". Онъ остановился на замѣткѣ о рожденіи и свадьбѣ сестры, какъ-будто эти обстоятельства вызывали въ немъ новыя мысли; но вдругъ, какъ-бы очнувшись, онъ посмотрѣлъ на Тома и спросилъ его съ явнымъ безпокойствомъ: -- Съ Мосса не стребовали денегъ, которыя я имъ далъ?
-- Нѣтъ, батюшка, отвѣчалъ Томъ:-- вексель былъ сожженъ.
Мистеръ Тёливеръ опять нагнулся къ книгѣ и скоро продолжалъ:
"А Елизавета Додсонъ -- уже 18 лѣтъ прошло съ-тѣхъ-поръ, что я на ней женился...
-- Да, въ будущее Благовѣщеніе минетъ 18 лѣтъ, сказала мистрисъ Тёливеръ, подойдя къ нему и взглянувъ въ книгу. Мужъ пристально на нее взглянулъ.
-- Бѣдная Бесси! сказалъ онъ: -- ты была красавица тогда -- всѣ это говорили, и я самъ удивлялся, какъ ты такъ долго сохраняла свою красоту. Ты уже очень постарѣла... не сердись на меня... я думалъ сдѣлать въ-лучшему... мы обѣщали другъ другу дѣлить и счастіе и несчастіе...
-- Да; но я никогда не ожидала, что будетъ такъ худо, сказала мистрисъ Тёливеръ съ тѣмъ страннымъ выраженіемъ отчаянія и ужаса, которое съ нѣкотораго времени не покидало ея:-- и отецъ-то выдалъ меня... и такъ это вдругъ случилось.