Онъ пріостановился, глядя на деньги съ горькимъ уныніемъ.
-- Еще слишкомъ триста недостаетъ. Нескоро я соберу столько денегъ. Потерять эти сорокъ-два фунта на хлѣбѣ была плохая шутка. Четыре года мнѣ стоило собрать эти деньги. Не знаю, хватитъ ли меня на землѣ еще на столько... Надо надѣяться, что ты за меня выплатишь, продолжалъ старикъ дрожащимъ голосомъ: -- если ты съ годами не перемѣнишь мнѣнія... Да, кажется, тебѣ скоро придется меня хоронить.
Онъ жалобно взглянулъ въ лицо Тому, какъ-будто желая съ его стороны опроверженія.
-- Нѣтъ, батюшка, сказалъ Томъ, энергически опровергая отцовскія слова, хотя въ голосѣ его слышалось маленькое колебаніе:-- вы проживете еще, чтобъ видѣть всѣ долги уплаченными. Вы сами уплатите ихъ своими руками.
Тонъ его голоса выражалъ нѣчто болѣе, чѣмъ рѣшимость или надежду. Легкое электрическое сотрясеніе пробѣжало но жиламъ мистера Тёливера; онъ вопросительно устремилъ глаза на Тома, покуда Магги, не въ силахъ удержать свой порывъ, бросилась къ отцу и опустилась возлѣ него на колѣни. Томъ помолчалъ немного и продолжалъ:
-- Нѣсколько времени назадъ, дядя Глегъ мнѣ одолжилъ немного денегъ; я пустилъ ихъ въ оборотъ, который удался. У меня теперь въ банкѣ триста-двадцать фунтовъ.
При послѣднихъ словахъ онъ былъ уже въ объятіяхъ матери, которая, со слезами на глазахъ, говорила:
-- О! сынъ мой, я была увѣрена, что когда ты выростешь, ты все устроишь.
Но отецъ его молчалъ; полнота чувствъ отняла у него способность говорить.
Оба, Томъ и Магги, на минуту сильно испугались, чтобъ потрясеніе, причиненное радостью, не имѣло пагубныхъ послѣдствій. Однакожъ вскорѣ слезы облегчили разстроеннаго старика. Широкая грудь его начала судорожно подыматься, мускулы лица пришли въ движеніе и онъ громко зарыдалъ. Слезы понемногу совсѣмъ его успокоили. Онъ присѣлъ; свободное дыханіе мало-по-малу возстановилось и наконецъ, приподнявъ глаза, онъ взглянулъ на жену и сказалъ тихимъ голосомъ: