Ей необходимо постараться попасть въ теченіе Флосса, иначе она не будетъ въ-состояніи перебраться черезъ Риппель и не достигнетъ дома. Эта мысль возникла въ ея головѣ, когда она начала все живѣе-и-живѣе представлять себѣ мѣстоположеніе, окружавшее домъ.
Но въ такомъ случаѣ ее. можетъ снести очень-далеко и она не будетъ въ состояніи выбраться изъ теченія. Теперь въ первый разъ ей представилась мысль объ опасности; но дѣлать было нечего; выбора не было, медлить было некогда и она направила лодку въ самую средину теченія. Быстро понесло ее безъ всякихъ усилій съ ея стороны; яснѣе и яснѣе стали обозначаться, при первомъ свѣтѣ зари, предметы, которые она знала, были хорошо знакомы ей деревья и крыши. Вотъ она уже была недалеко отъ мутнаго потока, который, вѣрно, ничто иное, какъ странно-измѣнившійся Риппель.
"Боже милостивый!" вотъ прямо къ ней неслась какая-то пловучая масса; она могла обрушиться на лодку и причинить ей преждевременную погибель. И что это могла быть за масса?
Еще въ первый разъ, сердце Магги забилось отъ ужаса. Она сидѣла безпомощная, смутно сознавая, что ее продолжало нести теченіемъ, ожидая только роковаго удара. Но ужасъ миновалъ, устье Риппеля уже было позади; затѣмъ, ей слѣдовало употребить все свое искусство, всѣ свои силы, чтобъ вывести лодку изъ теченія. Она увидѣла, что мостъ былъ разоренъ; гдѣ-то, совсѣмъ въ сторонѣ, виднѣлись мачты корабля. Но ни одной лодки не было видно на рѣкѣ: всѣ, которыя успѣли захватить, разъѣзжали, вѣроятно, по затопленнымъ улицамъ.
Съ новою рѣшимостью, взялась Магги за весло и принялась гресть; но наступившій уже отливъ придавалъ еще болѣе быстроты теченію и ее снесло далеко за мостъ. Она могла слышать крики изъ оконъ, выходившихъ на рѣку: казалось, что всѣ ее звали. Не раньше Тофтона, успѣла она совершенно выбраться изъ теченія. Тогда, бросивъ взоръ, полный сожалѣнія на домъ дяди Дина, лежавшій ниже по теченію, она принялась всей своею силою гресть обратно къ мельницѣ. Становилось все свѣтлѣе-и-свѣтлѣе, такъ-что, достигнувъ дорнкотскихъ полей, она уже могла различать оттѣнки деревъ, могла видѣть старыя сосны, вдали направо, и домашніе каштаны. О! какъ глубоко они были въ водѣ, глубже, чѣмъ деревья по сю стороны, холма. А крышка мельницы, гдѣ жь она? а эти обломки, мчавшіеся: по Риппелю, что значили они? Но это не былъ домъ, онъ былъ цѣлъ, затопленъ до втораго этажа, но все же твердъ и невредимъ, или, быть-можетъ, онъ обрушился со стороны, обращенной къ мельницѣ?
Съ невыразимою радостью, что она наконецъ достигла дома, радостью, которая заглушала всѣ тревоги, приблизилась Магги къ фасаду дома. Сначала все было безмолвно, нигдѣ не было видно движенія. Лодка ея была въ-уровень съ окнами втораго этажа. Она крикнула громкимъ, пронзительнымъ голосомъ:
-- Томъ, гдѣ ты? Матушка, гдѣ ты? Я, ваша Магги, здѣсь!
Вскорѣ, въ слуховомъ окнѣ она услышала голосъ Тома.
-- Кто тутъ? Привали лодку!
-- Это я, Томъ, я, Магги. Гдѣ жь, матушка?