Дядя Пулетъ сидѣлъ и слушалъ, моргая, какъ разбирались эти важные вопросы. Онъ самъ не понималъ политики, считая это особеннымъ даромъ. По его мнѣнію, герцогъ Веллингтонъ былъ человѣкъ какъ всѣ люди.

Глава VIII. Мистеръ Тёливеръ обнаруживаетъ свою слабую сторону

-- Ну, да если сестра Глегъ потребуетъ своихъ денегъ, вѣдь вамъ трудно будетъ достать сейчасъ же пятьсотъ франковъ, сказала мистрисъ Тёливеръ въ этотъ вечеръ, съ грустью перебирая плачевныя событія цѣлаго дня.

Мистрисъ Тёливеръ тринадцать лѣтъ жила съ своимъ мужемъ и все-таки сохранила въ первобытной свѣжести странную способность возбуждать въ немъ чувства и мысли совершенно другія, нежели какія она имѣла въ виду. Есть умы, удивительно-долго сохраняющіе эту, свѣжесть, подобно тому, какъ старая золотая рыбка, повидимому, до конца удерживаетъ свою юношескую иллюзію, что она можетъ переплыть по прямому направленію черезъ стѣнки стеклянной банки. Мистрисъ Тёливеръ была милая рыбка въ своемъ родѣ; въ продолженіе тринадцати лѣтъ она постоянно ударялась о непроницаемую середину, и каждый разъ принималась за ту же штуку съ прежнею энергіею.

Ея замѣчаніе, напротивъ, убѣдило мистрисъ Тёливера, что для него вовсе нетрудно достать пятьсотъ франковъ. И когда мистрисъ Тёливеръ начала особенно приставать къ нему, чтобъ узнать, какъ онъ ихъ достанетъ, не закладывая мельницы и дома (чего, онъ говорилъ, никогда онъ не сдѣлаетъ), потому-что люди теперешняго времени не такъ-то охотно даютъ деньги безъ обезпеченія, мистеръ Тёливеръ, разгорячившись, объявилъ, что мистрисъ Глегъ, если ей угодно, можетъ хоть сейчасъ потребовать своихъ денегъ: онъ ихъ заплатитъ ей. Онъ не намѣренъ быть рабомъ сестеръ своей жены. Если человѣкъ взялъ жену изъ семейства, гдѣ была цѣлая ватага бабъ, то ему приходилось оттерпливаться. Но мистеръ Тёливеръ не намѣренъ былъ терпѣть.

Мистрисъ Тёливеръ всплакнула потихоньку, надѣвая свой ночной чепчикъ; но потомъ она погрузилась въ спокойный сонъ, убаюканная мыслью, что завтра она переговоритъ объ этомъ съ своею сестрою Пулетъ, къ которой она завтра же собиралась пить чай съ дѣтьми. Не то, чтобъ она предвидѣла какой-нибудь результатъ отъ этого разговора, но прошедшія событія все-таки какъ-то перемѣняться, если пожалуешься на нихъ.

Ея мужъ не могъ скоро заснуть; онъ также думалъ о визитѣ, который онъ намѣренъ былъ сдѣлать завтра, и его мысли не были такъ неопредѣленны и успокоительны, какъ его дражайшей половины.

Мистеръ Тёливеръ, когда онъ былъ подъ вліяніемъ сильнаго чувства, дѣйствовалъ съ быстротою, повидимому несоотвѣтствующею тяжелому сознанію, что всѣ дѣла людскія были страшная кутерьма, которое управляло его поведеніемъ въ болѣе-хладнокровныя минуты; но въ дѣйствительности между этими, очевидно противоположными явленіями, существовала вѣроятно, прямая связь. Я замѣтилъ, всего лучше увѣриться, что мотокъ запутанъ, если поспѣшно потянуть первую попавшуюся нитку. Благодаря этой быстротѣ, мистеръ Тёливеръ на слѣдующій день былъ на конѣ, сейчасъ же послѣ обѣда (онъ не страдалъ худымъ пищевареніемъ) и отправился въ Басестъ къ своей сестрѣ, Массъ и ея мужу. Рѣшившись заплатить мистрисъ Глегъ занятыя у ней пятьсотъ фунтовъ, онъ естественно вспомнилъ, что у него былъ вексель въ триста фунтовъ на его шурина Масса; и если этотъ шуринъ заплатилъ бы деньги въ срокъ, то это облегчило бы затрудненіе, съ которымъ была сопряжена отважная рѣшительность мистера Тёливера въ глазахъ слабыхъ людей, непремѣнно желающихъ знать, какимъ образомъ еще сдѣлается дѣло прежде, нежели они совершенно увѣрятся, что оно можетъ быть легко сдѣльно.

Мистеръ Тёливеръ былъ не въ новомъ и не въ особенно-поразительномъ положеніи, на которое, подобно всѣмъ каждодневнымъ событіямъ, оказываетъ свое дѣйствіе въ продолженіе извѣстнаго времени; всѣ думали, что онъ гораздо богаче, нежели онъ былъ дѣйствительно. И такъ, какъ мы часто усвоиваемъ себѣ, мнѣнія о насъ свѣта, то и онъ обыкновенно думалъ о банкротствѣ и разореніи съ такимъ же отдаленнымъ чувствомъ сожалѣнія, съ какимъ выслушиваетъ сухощавый, долгошейный господинъ, что его толстаго, короткошейнаго сосѣда хватилъ параличъ. Онъ привыкъ выслушивать очень-пріятныя шуточки надъ своею мельницею и землею, и онъ дѣйствительно былъ самъ убѣжденъ, что онъ человѣкъ съ большимъ состояніемъ. Эти шуточки придавали особенный букетъ его рюмкѣ вина въ базарные дни; и только когда наступило время платить полугодовые проценты, мистеръ Тёливеръ припоминалъ, что на его завидной собственности былъ долгъ въ двѣ тысячи фунтовъ. Конечно, этотъ долгъ былъ не совсѣмъ его вина; тысяча фунтовъ принадлежала его сестрѣ и онъ долженъ былъ выплатить ихъ, при ея замужствѣ; потомъ, ежели у человѣка такіе сосѣди, которые затѣваютъ съ нимъ процесъ, то едва-ли найдутся у него средства заплатить долгъ, особенно, когда онъ пользуется добрымъ мнѣніемъ между своими знакомыми, всегда готовыми занять у него сто фунтовъ подъ высокое обезпеченіе честнаго слова, нестоящее даже вексельной бумаги. У нашего друга, мистера Тёливера, было много добрыхъ струнъ: онъ не любилъ отказывать на-отрѣзъ даже сестрѣ, которая не только явилась въ этотъ свѣтъ совершенно-излишнимь созданіемъ, какъ сестра, и была причиною залога имѣнія, но еще вышла замужъ и, въ заключеніе своихъ ошибокъ, родила недавно восьмаго ребёнка. Мистеръ Тёливеръ зналъ, что это была его слабая сторона; но онъ извинялъ себя, говоря, что бѣдная Гритта была дѣвка пригожая, прежде нежели она вышла замужъ за Масса; онъ это говаривалъ иногда съ слабымъ дрожаніемъ голоса. Но въ это утро онъ былъ въ расположеніи духа болѣе-приличномъ человѣку дѣловому и, проѣзжая проселками Басеста, съ глубокими колеями, онъ раздражилъ себя на сколько было необходимо противъ Мосса, который былъ человѣкъ безъ капитала, у котораго безпрестанно случался то падежъ, то неурожай и который вязъ все глубже-и-глубже, чѣмъ болѣе помогали вы ему выкарабкаться изъ грязи. Ему еще сдѣлаетъ это пользу, вмѣсто вреда, если онъ будетъ принужденъ достать триста фунтовъ; онъ будетъ пошустрѣе и опять не наглупитъ съ своею шерстью, какъ онъ сдѣлалъ это въ прошедшемъ году; короче: мистеръ Тёливеръ былъ черезчуръ-добрымъ шуриномъ; онъ запустилъ проценты за два года, а Моссъ и думаетъ, пожалуй, что у него никогда не спросятъ капитала. Но мистеръ Тёливеръ рѣшился не потакать долѣе такимъ безпорядочнымъ людямъ, а поѣздка но басетскимъ проселкамъ едва-ли потрясла бы твердую рѣшительность человѣка и смягчила бы его сердце. Глубокіе слѣды подковъ, оставленные въ самое грязное зимнее время, встряхивали его безпрестанно, вызывая отрывистыя, но сильныя проклятія противъ отца адвокатовъ, который, своимъ копытомъ, или какъ-нибудь иначе, былъ виноватъ въ этомъ состояніи дорогъ; а огромное протяженіе невоздѣланной земли, цѣлыя мили испорченныхъ изгородей, обращавшіе его вниманіе, хотя они и не принадлежали къ фермѣ его шурина Мосса, сильно предубѣждали его противъ этого несчастнаго земледѣльца. Если эта невоздѣланная земля и не была его, то она могла быть его: цѣлый Басестъ былъ таковской; по мнѣнію мистера Тёливера, это былъ нищенскій приходъ; а мнѣніе мистера Теливера, конечно, имѣло основаніе. Въ Басестѣ была жалкая дорога; жалкая земля, жалкій землевладѣлецъ, нежившій на своей землѣ, жалкій ректоръ, также нежившій въ своемъ приходѣ, и нищій полукюратъ {Ректоръ -- приходскій священникъ, пользующійся всѣми доходами съ прихода и очень-часто нанимающій для исполненія своихъ обязанностей другаго священника, который называется кюратомъ.}, который былъ еще жалче его. Если кто-нибудь, вѣрующій въ возможность человѣческаго ума восторжествовать надъ обстоятельствами, сталъ бы утверждать, что обитатели Басеста, несмотря на это, могли быть недгоженными людьми, то я ничего не могу привести противъ этого отвлеченнаго предложенія; я знаю только, что на дѣлѣ умственныя способности басетскаго человѣчества были въ полной гармоніи съ обстоятельствами. Грязные проселки, поросшіе травою, казалось, для непривычнаго глаза, никуда не вели, а только сходились между собою, на-самомъ-дѣлѣ выводили послѣ долгаго терпѣливаго странствія на большую дорогу, хотя ноги многихъ баситцевъ чаще пѣшешествовали по нимъ къ центру разгула, извѣстнаго подъ формальнымъ названіемъ "Маркиза Гранби", но который обычные изъ посѣтителей называли "Дикасоновъ кабачокъ". Большая, низкая комната съ поломъ, усыпаннымъ пескомъ, прокислый запахъ табаку, нѣсколько измѣненный букетомъ пивныхъ поддонковъ, самъ мистеръ Дикасонъ, стоявшій, облокотившись у притолки, съ меланхолически-прыщеватымъ лицомъ, и такъ же мало гармонировавшій съ дневнымъ свѣтомъ, какъ вчерашній, оплывшій огарокъ -- все это невидимому не являлось въ очень-увлекательной формѣ соблазна; но большинство мужчинъ въ Басестѣ находило это очень-соблазнительнымъ, проходя мимо заведенія около четырехъ часовъ въ зимній полдень; и если чья-нибудь жена хотѣла особенно доказать, что ея мужъ не былъ искателемъ удовольствій, то она приводила, какъ самое сильное убѣжденіе, что ея мужъ отъ одного духова-дня до другого не тратилъ шилинга у Дикасона. Мистрисъ Моссъ часто говорила это про своего мужа, когда ея братъ былъ расположенъ, какъ, напримѣръ, сегодня, обвинять его. И конечно, мистеръ Тёливеръ далеко не былъ обезоруженъ видомъ воротъ фермы, которыя повалились на одну сторону, къ явной опасности ногъ его собственныхъ и лошадиныхъ, когда онъ попробовалъ открыть ихъ своею тростью, какъ это бываетъ обыкновенно съ воротами, у которыхъ недостаетъ верхней петли. Онъ собирался уже спѣшиться и повести свою лошадь по грязи на дворъ фермы, изрытый ямами и грустно-отѣненный деревянными строеніями, къ полуразвалившемуся дому, стоявшему на возвышенной дорожкѣ; но появленіе пастуха во-время дало ему возможность остаться при своемъ намѣреніи не сходить съ лошади во все продолженіе своего посѣщенія. Если человѣкъ хочетъ показаться суровымъ, то Пусть онъ не сходитъ въ сѣдла и говоритъ съ этой высоты, окидывая взоромъ отдалённый горизонтъ и по возможности избѣгая встрѣчи съ жалобными глазами. Мистрисъ Моссъ услышала стукъ копытъ лошади, и когда братъ ея въѣхалъ, она была уже у дверей кухни съ томною улыбкою на лицѣ и черноглазымъ ребенкомъ на рукахъ. Лицо мистрисъ Моссъ представляло слабое сходство съ ея братомъ; пухленькая ручонка ребёнка, трепавшая ее по щекѣ, еще сильнѣе обнаруживала ей худобу.

-- Какъ я рада васъ видѣть, братъ! сказала она съ любовью.-- Я не ожидала васъ сегодня. Какъ вы поживаете?