-- Въ томъ, что я не желаю, чтобы все происходило помимо меня. Я, можетъ быть, и дамъ двѣсти рублей, если узнаю, что дѣло это вѣрное. И если такъ, Томъ,-- продолжала она, обращаясь къ племяннику,-- помни это всегда и будь благодаренъ. Я, конечно, возьму съ тебя проценты: я не одобряю подарковъ. У насъ въ семьѣ никто не былъ падокъ на даровщинку.
-- Благодарю васъ, тетя,-- отвѣтилъ Томъ не безъ гордости:-- я самъ предпочитаю взять эти деньги лишь заимообразно.
-- Очень хорошо: это -- въ Додсоновскомъ духѣ,-- заключила г-жа Глеггъ и встала, находя, что больше говорить не о чемъ.
Мозговитый парень Солтъ отыскался въ клубахъ табачнаго дыма, въ трактирѣ "Якорь", и знакомство съ нимъ настолько удовлетворило г-на Глегга, что Бобу были вручены двѣсти рублей, къ которымъ тетя Глеггъ, съ своей стороны, прибавила столько же. Послѣ первой удачной спекуляціи Томъ не бросилъ этого способа добывать деньги и по прошествіи нѣкотораго времени уже обладалъ небольшимъ капитальцемъ, о которомъ, однако, не говорилъ отцу, отчасти изъ желанія сдѣлать ему сюрпризъ. Онъ не понималъ, что полезнѣе-было бы тотчасъ облегчить душевное состояніе старика надеждою и избѣжать потрясенія слишкомъ внезапною радостью.
Когда Магги въ первый разъ встрѣтилась съ Филиппомъ, у Тома уже была тысяча пять сотъ рублей собственныхъ денегъ. И пока они при свѣтѣ заката гуляли по Красному Оврагу; Томъ, при свѣтѣ того же заката, ѣхалъ верхомъ въ Лесхамъ, гордясь даннымъ ему порученіемъ: сдѣлать закупки для фирмы Геста и Коми, и мечтая о томъ, какъ черезъ годъ его богатство удвоится и дастъ возможность расплатиться съ заимодавцами отца, что и ему создастъ хорошую репутацію. А развѣ онъ ея не стоилъ? Онъ былъ вполнѣ увѣренъ, что да.
Глава XIII. Вѣсы колеблются
Мы сказали, что когда Магги шла домой изъ Краснаго Оврага, то въ душѣ у нея начиналась борьба. Въ чемъ эта борьба состояла, понятно само собою. Ей вдругъ предлагались книги, бесѣды, дружба, вѣсти изъ того міра, отъ котораго она была отрѣзана; кромѣ того, Филиппъ, дѣйствительно, заслуживалъ сожалѣнія, и въ ея дружбѣ съ нимъ не было ничего предосудительнаго. Что же тутъ было дурного? Но въ душѣ ея не умолкалъ голосъ, твердившій ей, что она утратитъ ясность и простоту своей жизни, какъ скоро допуститъ лицемѣріе и скрытность. Послѣдній голосъ взялъ верхъ, и черезъ недѣлю она пошла въ Красный Оврагъ съ твердымъ намѣреніемъ навсегда проститься съ Филиппомъ. При всемъ томъ, ее радовала предстоящая прогулка съ нимъ, прогулка среди прекрасной природы, вдали отъ всего грубаго и непріятнаго, подъ его дружелюбными взорами; она знала, что Филиппъ интересуется ея рѣчами, между тѣмъ какъ дома никому, до нея не было дѣла. Тѣмъ не менѣе она съ твердостью сказала:
-- Филиппъ, я рѣшила, что намъ необходимо разстаться и сохранить дружбу только въ воспоминаніи. Я не могу видаться съ вами открыто. Я знаю, вы скажете, что только недоброжелательство другихъ людей заставляетъ насъ скрываться, однако я убѣждена, что скрываться и лгать всегда дурно; по крайней мѣрѣ, для меня, для насъ послѣдствія бы вышли самыя дурныя. Наконецъ, если нашу тайну откроютъ, непріятностей будетъ масса и разстаться придется все равно. Но тогда намъ будетъ еще грустнѣе, потому что мы привыкнемъ видаться.
Филиппъ вспыхнулъ и чуть не началъ возражать, но скоро справился съ собою и съ притворнымъ спокойствіемъ сказалъ:
-- Хорошо, Магги; если намъ надо разстаться, воспользуемся нашимъ послѣднимъ свиданіемъ и побесѣдуемъ.