Она пошла впередъ, такъ что ему пришлось встать и итти за нею.
-- Магги,-- сказалъ онъ тономъ увѣщанія,-- не упорствуйте въ этомъ безсмысленномъ самоотреченіи. Мнѣ больно видѣть, какъ вы тѣсните и глушите въ себѣ все живое. Вы были такъ полны жизни, когда я васъ зналъ ребенкомъ.
-- Почему вы говорите съ такою горечью Филиппъ?-- сказала Магги.
-- Потому что предвижу, что это добромъ не кончится: вамъ не выдержать такого самоистязанія.
-- Мнѣ будутъ ниспосланы силы свыше,-- трепетно возразила Магги.
-- Ничуть. Намъ не дается силъ на то, что неестественно. Наконецъ, это просто трусость -- прятаться отъ жизни. Такъ нельзя закалить свою волю.
Магги вздрогнула и, остановившись, съ тревогою посмотрѣла на Филиппа.
-- Зачѣмъ вы сбиваете меня съ толку, Филиппъ! Вы -- искуситель!
-- Нѣтъ; но я опытнѣе васъ и желаю вамъ добра. Послушайтесь меня, Магги. Позвольте мнѣ приносить вамъ книги. Разрѣшите мнѣ видѣться съ вами изрѣдка, быть вашимъ братомъ и наставникомъ, какъ вы говорили въ Лортонѣ. Это -- меньшее зло, чѣмъ совершать ваше длительное самоубійство.
Магги не была въ состояніи отвѣтить. Она покачала головою и молча пошла дальше; дойдя до послѣдней сосны, она протянула ему руку въ знакъ прощанія.