-- Нѣтъ, бери!-- отвѣтилъ Томъ почти сердито, принимаясь за худшій кусокъ.
Магги, полагая, что дальнѣйшій споръ безполезенъ, тоже стала ѣсть и уничтожила свою долю съ большимъ удовольствіемъ и быстротою. Но Томъ кончилъ свою часть раньше и долженъ былъ смотрѣть, какъ Магги доѣдала послѣднія крохи; онъ не отказался бы отъ прибавки. Магги не замѣтила, что Томъ смотритъ на нее.
-- Ахъ ты, жадная!-- сказалъ Томъ, какъ только она проглотила послѣдній кусочекъ. Онъ сознавалъ, что поступилъ весьма добросовѣстно, и полагалъ, что она должна была принять это въ соображеніе и вознаградить его. Раньше онъ отказался бы отъ части ея доли; но человѣку естественно смотрѣть на вещи съ разныхъ точекъ зрѣнія до и послѣ'уничтоженія собственной половины пирога.
Магги поблѣднѣла.
-- Ахъ, Томъ! Чтожъ ты не спросилъ у меня раньше?
-- Я не стану выпрашивать у тебя кусочки, жадная ты! Могла-бы догадаться и сама: вѣдь видѣла, что мнѣ досталась худшая половина.
-- Да, вѣдь, я тебѣ предлагала, ты же знаешь,-- сказала Магги обиженнымъ тономъ.
-- Да; но я не хотѣлъ дѣлать не по совѣсти, какъ Спауксеръ. Тотъ всегда возьметъ лучшій кусокъ, если его не вздуть за это, а если выбирать, закрывъ глаза, то перемѣнитъ руки и подсунетъ тебѣ худшій. А я, если ужъ дѣлаю, то по совѣсти. Только я не хотѣлъ бы быть такимъ жаднымъ...
Съ этимъ язвительнымъ заключеніемъ, Томъ соскочилъ со своего сука и швырнулъ камень съ крикомъ "гой!" въ видѣ дружественнаго привѣтствія Япу, который тоже облизывался, глядя на ѣду дѣтей, причемъ трясъ ушами и, вѣроятно, ощущалъ въ душѣ нѣкоторую горечь. Однако, добродушная собака приняла вниманіе Тома съ такою же готовностью, какъ если бы ее щедро угостили.
Но Магги, одаренная тою сильнѣйшею способностью къ страданію, которая отличаетъ человѣческое существо отъ животнаго, продолжала сидѣть на суку, мучась незаслуженнымъ упрекомъ. Она отдала-бы все на свѣтѣ, лишь бы ея половинка была еще цѣла и она могла бы оставить частичку для брата. Правда, пирогъ былъ вкусенъ, и Магги не пренебрегала сластями; но лучше бы ей вовсе его не ѣсть, лишь бы Томъ не сердился на нее. А онъ сказалъ, что не хочетъ... и она ѣла, не думая... чѣмъ-же она виновата?.. Слезы застилали ей глаза, такъ что минутъ десять она не видѣла ничего вокругъ себя; затѣмъ обида смѣнилась желаніемъ примиренія,-- она соскочила съ сука и стала искать Тома. По близости его не было. Дѣвочка побѣжала къ рѣкѣ, и у нея упало сердце. Томъ ушелъ уже далеко по берегу и съ нимъ былъ, кромѣ Япа, скверный Бобъ Джакинъ. Магги не знала, за что считала Боба сквернымъ, но этотъ самый мальчикъ приносилъ показать Тому змѣю, а въ другой разъ пригоршню молодыхъ летучихъ мышей; главная же его вина состояла въ томъ, что когда ея братъ бывалъ съ нимъ, то на сестру уже не обращалъ ни малѣйшаго вниманія.