-- Мой добрый Даглэй! началъ было онъ, настроенный къ тому, чтобы миролюбиво порѣшить дѣло о зайцѣ.
-- О, да, я добрый! это вѣрно, благодарю васъ, сэръ, благодарю, прервалъ его Даглэй такимъ рѣзкимъ и насмѣшливымъ голосомъ, что его овчарка Фэгъ поднялась съ мѣста и насторожила уши; но увидя, что громадный Монкъ, пробиравшійся до тѣхъ поръ стороной, входитъ на дворъ, Фэгъ снова усѣлась и приняла позу наблюдателя.
-- Очень пріятно слышать, что я добрый, повторялъ Даглэй.
М-ръ Брукъ сообразилъ, что теперь базарный день и что это достойный фермеръ, вѣроятно, хорошо пообѣдалъ, однако, несмотря на то, онъ заблагоразсудилъ продолжать начатую рѣчь, имѣя въ виду, что въ случаѣ надобности, онъ скажетъ ее и передъ м-съ Даглэй.
-- Вашъ меньшой сынъ, Джакобъ, пойманъ съ убитымъ зайцемъ въ рукахъ, Даглэй, началъ онъ,-- я приказалъ Джаксону запереть его въ пустую конюшню часа на два -- для острастки только, понимаете? Его приведутъ домой сегодня-же вечеромъ: не давайте ему спуску, пожалуйста, пожурите хорошенько, понимаете?
-- И не подумаю; провались я лучше сквозь землю, а ужь пальцемъ не трону своего малаго -- въ угоду вамъ или кому-бы то ни было,-- хоть-бы васъ тутъ было двадцать сквайровъ вмѣсто одного, да еще вдобавокъ -- гадкаго.
Даглэй такъ оралъ, что на его голосъ вышла жена и остановилась на порогѣ кухни, въ единственной двери, чрезъ которую можно было попасть въ домъ. Эта дверь оставалась постоянно настежь, исключая ненастныхъ дней.
-- Ну, хорошо, хорошо, я лучше переговорю съ вашей женой, торопливо произнесъ м-ръ Брукъ;-- я вовсе не требовалъ, чтобы вы били вашего сына.
Съ этимъ словомъ м-ръ Брукъ повернулъ къ дому; но Даглэй, давъ волю своему языку, не могъ ужь остановиться и пошелъ вслѣдъ за нимъ. Фэгъ слѣдовала по пятамъ за хозяиномъ, мрачно уклоняясь отъ любезныхъ авансовъ Монка.
-- Какъ поживаете, м-съ Даглэй? обратился къ ней м-ръ Брукъ, ускоряя шагъ;-- я пришелъ только затѣмъ, чтобы поговорить съ вами о вашемъ сынѣ, но нисколько не желаю, чтобы его высѣкли.