-- Дайте-ка мнѣ еще стаканъ шерри, Владиславъ, сказалъ онъ стараясь сохранить непринужденный видъ и разсчитывая на подкрѣпляющее дѣйствіе вина. Разсчетъ оказался не вѣренъ: м-ръ Брукъ былъ обыкновенно человѣкъ воздержный и потому два стакана вина, выпитые почти одинъ вслѣдъ за другимъ, вмѣсто того, чтобы привести въ ясность его мысли, только больше спутали ихъ.
М-ра Брука смущало не начало рѣчи, онъ зналъ, что въ началѣ все пойдетъ гладко, какъ по маслу, его смущало самое изложеніе его принциповъ. Вдругъ кому-нибудь вздумается задать ему какой-нибудь вопросъ? И онъ принимался прилежно читать свой конспектъ. Когда м-ръ Брукъ вышелъ на балконъ, его встрѣтили привѣтственные крики, совершенно заглушившіе ропотъ, свистки и крики враждебной партіи. Вообще свистковъ и враждебныхъ криковъ было такъ мало, что м-ръ Стэндишъ (человѣкъ опытный въ этихъ дѣлахъ) шепнулъ на ухо сосѣду: "Однако, это опасно! Гоулэй задумалъ что-то по-серьезнѣе. "
Тѣмъ не менѣе привѣтственные крики имѣли самое ободряющее дѣйствіе на м-ра Брука, физіономія его сіяла; онъ оперся лѣвою рукою о перила балкона, а правою сталъ играть своею одноглазкой; записная книжка съ конспектомъ лежала у него въ боковомъ карманѣ, и онъ началъ съ нѣкоторою увѣренностью:
-- Джентльмены-избиратели Мидльмарча!
Вступленіе было вполнѣ прилично, и послѣдовавшее затѣмъ небольшое молчаніе показалось совершенно естественно.
-- Я необыкновенно радъ, что нахожусь здѣсь, никогда не былъ я такъ гордъ и счастливъ во всю мою жизнь... никогда не былъ такъ счастливъ, понимаете.
Это былъ смѣлый оборотъ рѣчи, хотя и не совсѣмъ тотъ, который значился въ конспектѣ. Къ сожалѣнію, даже введеніе ускользнуло изъ памяти оратора подъ вліяніемъ винныхъ паровъ.
"Ну, все пропало", подумалъ Владиславъ, стоявшій у окна, позади оратора.
Между-тѣмъ м-ръ Брукъ, потерявъ всѣ нити рѣчи, счелъ за лучшее обратиться къ себѣ самому и своимъ достоинствамъ, какъ, самому подходящему предмету для кандидата.
-- Я близкій сосѣдъ вамъ, добрые друзья мои -- вы меня знали еще на скамьѣ... я всегда занимался общественными вопросами.... машинами и ломкой машинъ... многіе изъ васъ имѣютъ дѣло съ машинами, и я занимался этимъ вопросомъ за послѣднее время. Ломать машины ни къ чему не ведетъ, понимаете, все должно идти своимъ чередомъ... ремесла, фабрики, торговля, обмѣнъ продуктовъ... и тому подобное... со времени Адама Смита все это должно идти своимъ чередомъ. Мы должны обозрѣвать весь земной шаръ. "Широкое наблюденіе должно охватывать все отъ Китая до Перу", какъ кто-то выразился, кажется Джонсонъ. Я это дѣлалъ до извѣстной степени... на до самаго Перу; но я не постоянно жилъ дома... я понималъ, что это не годится. Я былъ въ Левантѣ, куда отправляются и ваши мидльмарчскіе продукты, былъ въ Балтійскомъ морѣ. Понимаете, въ Балтійскомъ...