-- Куда же теперь мы пойдем, Халиль,-- спросил я, чтобы поднять сегодня что-то разнежившегося старика.
-- Арак-эль-Хель, иншаллах. В пещеры Хеля, дает Бог, -- отвечал он, поднимаясь и укладывая в хуржин калбен и остатки инжира.
X.
Подземелья этой группы лежат в довольно значительном расстоянии от пещер Рынка, и потому переход наш пешком при тропической жаре в полдневный зной был довольно утомителен. С великим удовольствием зато мы расположились отдохнуть при входе в огромное подземелье, в которое, как и в гроты эль-Мои и эль-Гмел, можно въехать даже на лошади... Тенистая прохлада Арак-эль-Хель манила нас остаться подолее в этом подземелье, пока не спадет, по крайней мере, жар. Здесь же мы надеялись и пообедать, так как в прохладных пещерах эль-Хеля в настоящее время приютилось несколько бедных арабских семейств.
Характер многочисленных подземных зал, составляющих Арак-эль-Хель, представляет нечто среднее между камерами эль-Мои и теми пещерами, которые мы видели в лабиринте Магара. Общий план этого подземелья, так же как и форма зал и их украшения, напоминают подземные залы "Пещеры Воды", тогда как отсутствие световых отверстий приближает его к пещерам лабиринта, хотя по внутренней отделке Арак-эль-Хеля, без сомнения, являются наиболее современными во всей пещерной области Иудеи. Расположенный главным образом по одному направлению, пещеры эль-Хеля имеют еще разветвления по обе стороны, план которых указывает на некоторую целесообразность этой постройки троглодитов. Еще более на это указываете самая форма отдельных подземных зал, приближающая их еще более к жилым пещерам, чем пещеры эль-Мои; более продолговатые со сводообразным потолком сравнительно невысокие, они представляют очевидно более совершенную форму, чем куполообразные камеры эль-Мои и эль-Гмела. Самая большая пещера находится среди подземелья и составляете центр этого последнего, служащего ему дополнением.
Еще более поражаете в пещерах Арак-эль-Хель тщательная орнаментировка не только подземных зал, но и самых корридоров, соединяющих эти последние, и даже входа в подземелье, обделанного со вкусом и изяществом, делающим честь их строителям. Орнаментировка стен и потолков эль-Хеля заслуживаете самого тщательного изучения, так как она указываете на искусство неизвестного нам точно народа, ископавшего и обделавшего эти пещеры. Узорчатая пестрая лента орнамента тянется в виде карниза по всем залам, переходите на своды и на переходы и местами спускается даже до самого низа подземелья. Арабески этой ленты орнаментов сгруппированы изящно, самый рисунок оригинален и производит впечатление не узоров на камне, а мелкой плетеной работы, подобную которой я видал только на памятниках арабского зодчества, например, в Альгамбре и на орнаментировке некоторых зданий Персии. Пересмотрев на своем веку орнаментировку всех главнейших стилей древности, посетив пред тем только что Петру, Боальбек, Пальмиру и Египет, я долго стоял все-таки очарованный тонким рисунком, сделанным руками троглодитов. В своей записной книжке я зарисовал общий рисунок ленты карниза, и теперь, набрасывая эта строки, держу его пред собою... Мне хотелось бы описать его подробно, как орнамент совершенно оригинальный, не похожий на другие, но словами нельзя изобразить того, что делается видным сразу на рисунке. Между отдельными изображениями, точно так же как и в подземельях эль-Мои, я встречал и символические рисунки, изображающие солнце и луну, а также и изображение скарабеев, заключенных в какие-то овалы, словно яйцо.
Вначале, пораженный оригинальностью и мелкостью узоров, я предположил, что он представляете настоящий арабеск, то есть узор, состоящий из начертания различных письменных знаков, но скоро убедился, что это простой орнамент, не имеющий прямого значения. Не нашел я также в украшениях этого подземелья никаких арабских или куфических надписей, а также знака свастики, которая заставила меня столько призадуматься в пещерах эль-Мои. Отсутствие синайских начертаний в узорах эль-Хеля также отличает эти последние от орнаментов "Пещеры Воды," где надписи являются своего рода украшением.
Упомянутая главная зала отличается, между прочим, присутствием двух больших продолговатых и глубоких ниш, расположенных на восточной стороне пещеры. Одна из этих ниш занята каменною статуей, высеченною из толщи скалы, и потому неотделимою от стены; другая совершенно пустая, хотя можно предполагать, что и она была занята такою же статуей. Сохранившаяся статуя сильно обезображена, голова и руки ее отбиты, сама она попорчена настолько, что трудно даже определить принадлежность к тому или другому полу; несмотря на это обезображивание, видно, что статуя эта далеко не представляла той высокой степени художественности, которою отличается орнаментировка подземелья, и составляла контраст с этою последнею. Этому, впрочем, нечего особенно удивляться, так как в развалинах Сирофиникийской эпохи часто встречаются такие контрасты между высоким изяществом орнаментировки, прекрасно выдержанным стилем и грубыми изображениями людских фигур.
Некоторые из исследователей, посетивших эль-Хельские подземелья, склонны думать, что полуотбитые статуя в нише его главной залы представляет изображение Астарты, которой все это подземелье было посвящено. Зная общий характер этого финикийского божества, по-видимому безразличного по отношению к полам, можно согласиться с этим, тем более, что описываемая статуя имеет скорее безразличный, чем ясно выраженный половой характер. Народ, съумевший создать такие чудные залы под землей, без сомнения, мог бы изобразить статую своего любимого божества, по крайней мере, настолько, что можно было заметить хотя бы столь характерные различия пола. Припомним, что в подземельях Арак-эль-Мои встречаются же, как мы уже говорили впереди, ясные изображения мужчин и женщин, поставленных в непристойные позы... Каково бы ни было название существа, изображенного грубою статуей эль-Хельского подземелья, нет сомнения, что оно принадлежало к одному из божеств Сирофиникийского культа, которому было посвящено это прекрасное подземелье. Различные исследователи поэтому не без основания называют его то эдомитским, то филистимским, то финикийским храмом.
Но как ни удивительно по своему устройству и украшениям подземелье Арак-эль-Хель, оно еще более поражает нас тем, что оно, подобно пещерам Тель-Магарского лабиринта, лишено совершенно световых отверстий и потому было погружено в беспросветную темноту. Широкое входное отверстие, разумеется, давало достаточно света для передних камер, но зато, как главная, так и боковая, тонули вечно во мраке, лишенные всякого дневного освещения. Последние землетрясения понаделали много обвалов не только в главной, но и в боковых залах подземелья, которые, благодаря этому, в настоящее время освещены, но современное состояние не дает нам никаких оснований предполагать, чтобы к древности эти подземные залы получали откуда-нибудь свет помимо искусственного освещения. Безукоризненно выведенные своды подземных пещер эль-Хеля совершенно свободны ото всяких отдушин, подобные которым мы видели, например, в пещерах эль-Мои, и представляют поверхность, часто орнаментированную, но не имеющую и следов каких-нибудь световых отверстий. Таким образом остается не предположить даже, а и убедиться в том, что все огромное подземелье эль-Хель было погружено в древности в беспросветную темноту и могло получать лишь одно искусственное освещение. Оно имело, можно сказать, вполне характер катакомб или тех погребальных пещер, которые встречаются к некрополях Самарии и Иерусалима.