-- Онъ хотѣлъ золота, батюшка -- дайте же ему это золото; поѣзжайте къ нему, но поклянитесь мнѣ прахомъ моей матери сохранить все ваше хладнокровіе.
"Клянусь!"
-- Дайге ему денегъ и назначьте ежегодную пенсію, если онъ подпишетъ, что отказывается отъ всѣхъ правъ на меня, и что никогда не возвратится въ Англію... Леди Клементина...
"Я удалю ее, Марія... Два эти презрѣныя существа будутъ удержаны корыстолюбіемъ и угрозою моею предать ихъ суду, если они осмѣлятся нарушить покой нашъ. О, Марія, Марія! видя тебя столь прекрасной и великодушной, я удивляюсь твоей твердости и благоразумію; ты все предвидѣла, все рѣшила. Ни одна безполезная жалоба не вырвалась у тебя изъ груди, и ты все еще любишь несчастнаго отца своего, виновника всѣхъ твоихъ бѣдствій! О, дочь моя! Богъ послалъ тебя на землю, чтобъ напомнить людямъ объ ангелахъ своихъ: да оставитъ Онъ тебя на ней, чтобъ избавить отца твоего отъ отчаянія, и да пошлетъ тебѣ наконецъ спокойствіе!"
-- Не станемъ говорить обо мнѣ, отвѣчала Марія, сжавъ отца въ своихъ объятіяхъ... Пойдемте, проводите меня въ мою комнату, гдѣ я провела столько спокойныхъ ночей и гдѣ просыпалась такъ весело...
Было рѣшено, что лордъ Мельбурнъ отправится на-разсвѣтѣ въ городъ, гдѣ остался виконтъ де-Вервиль; о Маріи разгласится, будто она все это время провела въ одной бѣдной хижинѣ, куда ходила оказать помощь и гдѣ захворала... Это было конечно не совсѣмъ-правдоподобно, но люди лорда Мельбурна такъ уважали господъ своихъ, что не позволяли себѣ никакихъ разсужденій на ихъ счетъ; а леди Клементина была сама такъ виновна, что конечно не могла осмѣлиться ни на какую нескромность... Итакъ Марія не подвергалась никакимъ разспросамъ; къ тому же она была такъ слаба, что всѣ заботились только о томъ, чтобъ доставить ей возможное успокоеніе.
Лордъ Мельбурнъ возвратился чрезъ три дня, потомъ уѣхалъ опять съ леди Клементиной и возвратился назадъ одинъ. Въ отсутствіи его пришли письма, отъ Вильяма и Артура. Марія не захотѣла даже взглянуть на адресъ,
-- Что съ нею сдѣлалось? спрашивала сама себя Нелли. Я не узнаю ее; какъ измѣнила ее болѣзнь! смертная-блѣдность покрываетъ лицо ея, и на устахъ ея нѣтъ уже никогда прежней улыбки. Она не показываетъ ни малѣйшаго любопытства, не хочетъ даже узнать, что пишетъ Артуръ, тогда какъ я... И простодушная дѣвушка прятала на груда своей милыя сердцу ея письма, или прижимала ихъ къ устамъ своимъ.
Когда отецъ ея возвратился, она выбѣжала къ нему на встрѣчу, для-того, чтобъ онъ поскорѣе разпечаталъ ихъ. Но и онъ также отвратилъ отъ нихъ свои взоры, и мрачное отчаяніе, казалось, совершенно овладѣло имъ... Цѣлые дни проводилъ онъ у дивана, на которомъ лежала Марія, потому-что оца была почти не въ-силахъ ходить... Бывали минуты, когда она, казалось, чувствовал; тебя лучше; но это съ каждымъ днемъ становилось все рѣже и рѣже.
"О, Марія, Марія!" говорилъ ей отецъ ея: "такъ ты хочешь покинуть меня? Подожди по-крайней-мѣрѣ до-тѣхъ-поръ, пока смерть возьметъ насъ обоихъ вмѣстѣ: тебя прекрасную и невинную,-- меня безразсуднаго и виновнаго!..