"Когда ты подростешь, ты пройдешь по долинамъ, дикія травы превратятся въ цвѣты, масло потечетъ изъ фонтановъ, и вода въ морѣ превратится въ драгоцѣнный бальзамъ.
Засни на минуточку, баюшки-баю!
"Всѣ наши горы покроются стадами. Олени и дикіе бараны будутъ тучными и ручными, а лисицы и хищныя птицы убѣгутъ изъ нашихъ мѣстъ.
Засни на минуточку, баюшки-баю!
"Ты моя пахучая травка, ты тминъ, что ростетъ на Бавеллѣ и на Кошіоне. Ты дикій жасминъ, на которомъ пасутся дикіе бараны. Ты пожирательница сердецъ дѣда и бабки.
Засни на минуточку, баюшки-баю!
V.
"Помни и отомсти!.."
Онъ будетъ помнить и отмститъ,-- этотъ шестилѣтній мальчикъ, которому годъ назадъ въ это самое время, какъ пишу я эти строки, повязали на шею смоченный въ крови отца платокъ. Платокъ снимутъ, но окровавленная рубашка отца будетъ висѣть на ружьѣ и не будетъ мыться, пока этотъ мальчикъ не отмоетъ ее кровью другого человѣка. Онъ будетъ смотрѣть на эти кровавыя пятна рубашки отца и день, и ночь, и дѣтство, и юность, и будетъ помнить, что онъ обязанъ смыть кровь съ рубашки отца. Онъ корсиканецъ, но онъ ребенокъ, мальчикъ, юноша, ему захочется играть, смѣяться, веселиться, спѣть пѣсню, а кровавое пятно будетъ висѣть надъ его душой, и его мать, его сестра будутъ пѣть свои мстительныя пѣсни надъ другими мертвыми и будутъ напоминать ему о кровавомъ платкѣ на его шеѣ.
Онъ можетъ родиться слабымъ и нѣжнымъ, безъ злобы въ душѣ, у него можетъ не оказаться ни силы, ни желанія мстить, но мертвые предки заложили въ его душу неизсякаемыя залежи злобы и мести, и онѣ проснутся когда нибудь. У Мопассана есть разсказъ о такомъ корсиканскомъ мальчикѣ, болѣзненномъ и робкомъ, который отказался мстить за отца -- отказался, не смотря на вѣчные уговоры сестры, на требованія не разъ собиравшагося семейнаго совѣта. Онъ выросъ и жилъ одинокій, презираемый всѣми, безъ мысли о мщеніи. И вотъ однажды онъ увидѣлъ, какъ мимо его оконъ шелъ съ невѣстой вѣнчаться въ церковь убійца его отца. Тогда, безъ мысли, повинуясь чему-то, что лежало въ глубинѣ души и было сильнѣе его воли и мысли, онъ схватилъ ружье отца, убѣжалъ въ лѣсъ и, дождавшись возвращенія врага изъ церкви, вышелъ на дорогу и со словами: "Теперь пора!" -- въ упоръ застрѣлилъ новобрачнаго. Съ того дня онъ сдѣлался жестокимъ бандитомъ.