"Съ быстротою вѣтра я становлюсь на одно колѣно и чувствую, какъ сердце мое бьется. Я направляю въ темноту дуло моего ружья, я думаю, что настала минута показать свою храбрость,-- вѣдь смерть ни мало не страшитъ меня.
"Я просыпаюсь и не испытываю никакого страха. Кустъ служитъ мнѣ кровлей, я лежу на голой землѣ, безъ постели, безъ огня, и крикъ филина -- вотъ одна моя отрада!
"Настаетъ утро среди криковъ радости: птицы поютъ. О, какая радостная гармонія! Она прогоняетъ мою грусть, моего единственнаго собесѣдника. Какъ счастлива судьба птичекъ, какъ горька моя!
"Часто безъ моихъ проводниковъ я лишенъ припасовъ, и силы мои слабѣютъ. Тогда я обращаюсь къ доброму владѣльцу или пастуху, и они оказываютъ мнѣ щедрое гостепріимство. Богъ ихъ вознаградитъ за это!
"Потомъ я иду утолять жажду къ ближайшему истоку, смотрю на прозрачную воду, въ которой рыбы рѣзвятся, не боясь сѣти. И вы тоже, о Боже мой! -- говорю я имъ -- и вы тоже счастливѣе меня!
"Я мало цѣню свою несчастную жизнь и не боюсь близкой смерти,-- вѣдь я лѣсная птица, что скитается по горамъ и лѣсамъ. Пусть будетъ проклятъ день, въ который ты родилась, Катерина (возлюбленная брата)!
"Милый братъ, я отомщу за тебя. Я обѣщалъ это тебѣ на томъ утесѣ, гдѣ на землю тихо капала твоя кровь".
И, тѣмъ не менѣе, онъ пошелъ, этотъ двадцатилѣтній мальчикъ, любующійся на играющихъ рыбокъ, восхищающійся пѣніемъ птицъ и съ грустной жалобой сочиняющій свой Lamento,-- пошелъ въ бандиты, потому что на томъ утесѣ, гдѣ капала братняя кровь, обѣщалъ милому брату отмстить за него, потому что считалъ необходимымъ, священнымъ долгомъ отмстить за брата.
Братъ за брата, сынъ за отца, другъ за своего друга... Смерть вызываетъ другія смерти,-- образуется мертвый замкнутый кругъ, изъ котораго нѣтъ выхода, гдѣ всѣ субъекты и объекты вендетты.