Дон Паламэд де Бивар и Карпио бросил гневный взор на шутника и снова принялся за еду.
-- Вы знаете, в каком месте вам причиняет боль ваше седло, товарищ? Я вам сейчас скажу, -- проговорил Змея. -- Вам тяжело не то, что вы изменяете графине, которая вас мучит.
-- А что же тогда? -- спросил идальго несколько высокомерным тоном.
-- Черт возьми! Да то, что вы изменяете ей, не извлекая при этом никакой пользы для себя!..
-- В этом есть известная доля истины, -- одобрил Смельчак.
-- Ба! -- продолжал Изгнанник, -- неужели тут и в самом деле все сводится к тому, сколько Серебреников заплатят за это?
-- Он предпочел бы золото, -- смеясь сказал Золотая Ветвь, -- оно не так марко и его легче унести.
-- О! О! Отчего же вы не сказали этого сразу? Неужели вы думаете, что я имел намерение заставлять вас работать бесплатно?
-- Я этого не говорил, -- возразил флибустьер, черты которого разгладились.
-- Всякий труд должен быть непременно оплачен. Я предполагал по окончании дела вручить вам тысячу франков как вещественный знак моей благодарности; если вы хотите, я могу отдать их вам хоть сейчас!