Вдруг он испустил крик ярости -- ящичек исчез со стола! Машинально глаза его обратились на кровать: она была пуста. Тело доньи Лусии исчезло!
-- О, я погиб! -- вскричал он. Кинувшись к двери, он торопливо отпер ее.
-- Идите, идите сюда, отец мой! -- вскричал асиендадо, бросаясь в объятия капеллана.
Оба вернулись в спальню и заперли за собой дверь.
Около часа после того дон Хесус вышел из комнаты и вскоре вернулся, сам неся гроб.
Слуги на асиенде не могли надивиться на страстную любовь их господина, который не хотел дозволить, чтобы кто-нибудь, кроме него, касался той, утрата которой сразила его таким горем.
Похороны устроили в тот же день.
На следующее утро дон Хесус заперся в спальне жены, где происходили непонятные явления, целых четыре часа он тщательно осматривал стены и ничего не открыл. Не существовало ни малейшего следа потайной двери!
Донья Флора пожелала переселиться в комнату матери, и дон Хесус согласился на это, уступая убеждению отца Санчеса, которому страшная тайна, доверенная асиендадо, почти давала право повелевать в доме, хотя он не пользовался им.
Три года прошло после этих событий, когда на асиенде дель-Райо появились авантюристы, испрашивая у хозяина убежища и встретив самое радушное гостеприимство.