-- Для меня дело ясное: мнимое питье -- просто наркотическое зелье. Этот изменник дон Хесус, как он назвался, хотел убить нас во время сна; по счастью, я запер дверь на задвижку.
-- Ты абсолютно ошибаешься, брат, асиендадо к этому непричастен.
-- Не может быть!
-- Очень даже может. Более того, скажу даже, что он первый перепугался бы, если б только знал, что в эту ночь происходило в его доме.
-- Вздор какой! А усыпляющее зелье, которое я выпил?
-- Приготовлено было не им. Этот достойный муж не подозревает и о четверти того, что у него творится в доме. Асиенда, полагаю, двойная, если не тройная, и построена во вкусе старых богемских и венгерских замков, со множеством потайных ходов, опускных дверей в стенах, тайников и подземелий, которые перекрещиваются во всех направлениях. У меня есть доказательство, что нынешний владелец не имеет понятия обо всем этом.
-- Как хотите, граф, -- возразил буканьер, пожав плечами, -- а я все-таки был усыплен, иначе не мог бы не слышать, что вы зовете меня на помощь.
-- Это правда.
-- И я, ваш преданный товарищ, почти брат, дал бы убить вас возле себя, не защитив!
-- Чем же ты был бы виноват, раз спал?