Воздух был пропитан тем острым и едким запахом, который бывает только в гаванях и по которому тоскуют моряки, когда подолгу живут в городах в глубине материка и не могут вдохнуть его полной грудью.
Был великолепный день, всюду солнце, жизнь и движение. Гости д'Ожерона расположены были видеть все в розовом цвете, поддаваясь этому благотворному влиянию, вдобавок усиленному превосходным и обильным завтраком, сдобренным изысканными винами.
Когда подали ликеры и кофе, -- заметим мимоходом, что кофе, тогда почти неизвестный во Франции, давно уже был в широком употреблении в Вест-Индии, -- и закурили трубки, разговор, до тех пор довольно вялый, принял вдруг в высшей степени серьезный характер.
Губернатор первый придал ему этот оборот.
-- Господа, -- сказал он, откинувшись на спинку кресла, -- теперь, если вы согласны, мы немного потолкуем о делах, но, по-моему, самая лучшая приправа к хорошей беседе или важному обсуждению -- ароматный кофе, старый ликер да трубка.
-- С вашего позволения, господин губернатор, у вас губа не дура, но я предпочитаю одно -- хорошую резню с собаками-испанцами! -- Сказав это, Питриан провел языком по губам с выражением чувственной неги.
-- Эх ты, лакомка! -- засмеялся Польтэ.
-- Да уж каков есть, прошу не гневаться.
-- Окинем взглядом наши дела, любезный Монбар, -- продолжал губернатор, -- что вы сделали и что намерены делать?
-- Я ничего не скрою от вас, -- ответил флибустьер, -- и сочту за счастье воспользоваться вашим добрым советом, если совершил какой-нибудь промах, что вероятно.