-- Кто знает! Дайте испариться лишнему жару и, быть может, лет через двадцать мы так же будем ненавидеть войну, как любим ее теперь.
-- Увы, любезный Монбар, -- возразил губернатор с комическим отчаянием, -- я жду этого отрадного явления больше всего на свете, но надеяться не дерзаю -- во всяком случае, мы с вами его вряд ли застанем.
-- Говоря по совести, любезный господин д'Ожерон, я со своей стороны вовсе не жажду этого.
-- Понятно, -- сказал губернатор со вздохом, от которого пошла бы в ход ветряная мельница, -- вы рубака, тогда как я...
Монбар захохотал. На этом разговор и закончился.
Эти два человека, оба одаренные светлым умом, уважали и любили друг друга, но шли по дороге в диаметрально противоположных направлениях, в определенных вопросах им было невозможно прийти к согласию, и они открыто отказались от попыток переубедить один другого.
Тем временем Пор-де-Пе быстро пополнялся судами. Из Леогана и Пор-Марго один за другим приходили корабли, так что прошла едва неделя после начала вербовки, а весь флибустьерский флот уже соединился в Пор-де-Пе.
Рейд представлял собой поразительное и живописное зрелище.
В городе царило небывалое оживление.
На корабли перевозили провизию, пресную воду и боеприпасы, многочисленные лодки и баркасы то и дело сновали по рейду вдоль и поперек.