-- Извини меня, друг мой, -- сказала молодая женщина с улыбкой, озарившей ее прекрасное и кроткое лицо, словно солнечный луч, который мелькнул среди туч. -- От счастья, что вижу тебя, я забыла обо всем на свете.
-- Оставим это, моя крошка, но дай мне пожурить тебя.
-- Меня, мой возлюбленный господин и повелитель? За что же?
-- За то, что при твоей слабости ты идешь пешком, когда могла бы спокойно сидеть на муле.
-- Я уже говорил графине, -- пробормотал погонщик, -- но она меня не слушала.
-- Да что же это, Ареги! -- с живостью вскричал ньо Сантьяго. -- Что это вы говорите?
-- Ба! -- не смущаясь заявил тот. -- Мы здесь в семье, и никакой опасности не подвергаемся. Дайте мне говорить по-своему, ваше сиятельство; не бойтесь измены с моей стороны, я сохраню вашу тайну.
Граф ли был незнакомец или нет, но он протянул погонщику руку.
-- Знаю, -- сказал он ему.
Подойдя к хижине, донья Долорес улыбнулась.