Там молодые люди сошли с лошадей и отдали поводья слугам.
-- Господа, -- сказал Гастон своим друзьям, -- дело это касается меня одного, я один и должен покончить с ним.
Медина-Сидония и Осуна хотели было протестовать, но Гастон остановил их.
-- Умоляю вас именем нашей дружбы! -- сказал он. Друзья крепко пожали ему руку и замолчали. Приехали противники Гастона, но почти одновременно
подоспел старый герцог Медина-Сидония, который примчался во весь опор.
Несмотря на свой почтенный возраст, он проворно соскочил наземь и подошел к Гастону, который в свою очередь поспешил к нему навстречу.
-- Граф де Транстамар, -- громко сказал герцог, снимая шляпу и бросая гордый взгляд вокруг себя, -- я узнал, что в
эту ночь, во время посещения, которым вы удостоили меня, вам было нанесено жестокое оскорбление в моем доме. Прошу вас, граф, принять мое нижайшее извинение! Я считаю вас за благороднейшего, истого дворянина и ставлю себе за честь быть в числе ваших друзей.
Эти слова, произнесенные одним из высших представителей испанского дворянства, тронули Гастона до слез.
-- Благодарю вас, герцог, -- сказал он дрожащим голосом, -- вы восстановили мою честь в глазах всех. С Божьей помощью, моя шпага довершит остальное.