-- Вашего короля мы не знаем, -- возразил старик звонким голосом.
В ту же минуту ворота отворились и Гастон, со шпагой в зубах и пистолетом в каждой руке, помчался во весь опор среди королевских посланников.
-- Стрелять в бунтовщиков! -- взревел алькальд.
-- Огонь! -- приказал герцог.
Два страшных залпа раздались почти одновременно.
Старик упал с пулей в груди, но тотчас опять встал.
Несколько минут продолжалась страшная свалка между Га-стоном и окружавшими его всадниками, наконец молодой человек проложил себе кровавый путь сквозь их ряды и с криком торжества скрылся из виду под горой, размахивая шпагой.
-- Он спасен, благодарю Тебя, Боже! -- воскликнул старый герцог, который ухватился за выступ стены, чтобы следить за бегством внука. -- Господи, -- прошептал он, -- прими мою душу...
Он выпустил из рук опору, за которую держался, и упал бездыханный.
Старик был мертв.