ГЛАВА XI. Американское гостеприимство
Вот каково было положение вещей в тот момент, когда начинается наша история. Закончив теперь все необходимые предварительные объяснения, мы приступим к рассказу с того места, на котором прервали его.
Джон Брайт со своими домочадцами, притаившись за укреплением стана, смотрели с радостью, к которой примешивалось беспокойство, на приближение толпы всадников, мчавшихся как вихрь, поднимая за собой столбы пыли.
-- Держать ухо востро, ребята! -- сказал американец сыну и слугам. -- Не снимать пальца с курка! Вы знаете дьявольскую хитрость этих обезьян здешних прерий, так не дадим же захватить себя врасплох еще раз. При малейшем подозрительном движении -- немедленно пулю в лоб! Таким образом мы им докажем, что находимся настороже.
Жена и дочь переселенца, не отрывая глаз от равнины, пристальным взором следили за приближением индейцев.
-- Ты, кажется, ошибаешься, мой друг, -- возразила мужу миссис Брайт, -- эти люди, по-видимому, не имеют враждебных намерений. Индейцы редко нападают днем, а если случайно и решат напасть, то никогда не подходят так открыто.
-- К тому же, -- прибавила девушка, -- если не ошибаюсь, во главе отряда едут европейцы.
-- О! Это ни о чем не говорит, дитя, -- возразил Джон Брайт. -- Прерии кишмя кишат негодяями, которые объединяются с краснокожими, чтобы грабить честных путешественников. Кто знает, не белые ли стали зачинщиками ночного нападения на нас?
-- О! Отец, я никогда не поверю этому! -- вскричала Диана.
Диана Брайт, о которой мы едва упомянули в нескольких словах, была девушка семнадцати лет, высокая, стройная; ее большие черные глаза, окаймленные бархатистыми ресницами, густые темные волосы, миниатюрный ротик с алыми губками и жемчужными зубками -- словом, все в ней пленяло бы и не в этих диких прериях, но тут она буквально приковывала всеобщие взоры.