Письмо было коротким. Оно состояло из следующих слов:
Любезный кузен!
Я уезжаю. Когда вы получите это письмо, я буду уже далеко от вас; я направляюсь во Францию, где имею намерение удалиться в испанский монастырь в Перпиньяне. Не пытайтесь поколебать мое решение, оно неизменно, я приняла его по зрелом размышлении, пристально заглянув в собственное сердце. Фернандо, друг мой, брат мой -- позвольте мне таким образом называть вас, -- мы оба ошибались в наших чувствах; то, что мы с вами принимали за любовь, было просто глубокой братской дружбой. Теперь мои глаза раскрылись, и я ясно читаю в собственном сердце... Вы меня любите, это бесспорно, но любите так, как любят дорогую сестру. Ваша любовь принадлежит другой, пусть она будет счастлива с вами! Из моей дальней кельи я буду молить Господа о вашем благополучии.
Мой милый брат, если вы хорошо поняли смысл этого письма, вы не дадите нам уехать, не простившись со мной и с моей матерью. Смерть отца и все бедствия, наказавшие нас, ставят нам, слабым и бедным женщинам, в обязанность посвятить себя Богу и молить Его о милосердии.
Ваша кузина
Флора Ордоньес
Прочитав это странное письмо, Лоран опустил голову и закрыл лицо руками.
Прошло несколько минут.
-- Когда они уезжают? -- спросил он наконец.
-- Через неделю, на фрегате "Клоринда", -- ответил д'Ожерон.