-- Почему же, сеньора?
-- Горе так жестоко изменило мой облик, друг мой, что меня трудно узнать. Однако я была бы так рада видеть его!
-- Это зависит от вас.
-- Я не смею отправиться к нему, друг мой.
-- Почему бы не приехать ему?
-- Захочет ли он? -- прошептала она, вздыхая.
-- Если вы изъявите желание, сеньора, я убежден, что он тотчас прискачет.
-- Ах! Это невозможно, друг мой, он богат, счастлив, могуществен, он, может быть, считает меня умершей.
-- Я все ему рассказал.
-- Это правда, но я более не принадлежу свету, я существо проклятое. Если он меня увидит, он, может быть, от меня отречется.