Люди, привыкшие хитрить, всегда думают, что и другие норовят обмануть их на каждом шагу. Вследствие этого они часто попадают впросак, так как искренность противников сбивает их с толку и заставляет проигрывать там, где во всяком другом случае выигрыш был бы на их стороне.
Голубая Лисица скоро заметил, что поторопился сделать выводы и приписать своему врагу больше хитрости и предусмотрительности, нежели было у того на самом деле. То, в чем индеец заподозрил обман, было просто-напросто тем, чем казалось с первого раза, то есть следами, оставленными прошедшим здесь человеком.
Индеец снова задумался и долго ломал себе голову. Наконец он решил двинуться вперед по тем следам, которые находились перед ним, в полной уверенности, что ему удастся открыть и настоящие. Но будучи убежден, что он имеет дело с очень ловкими людьми, Голубая Лисица удвоил свою осторожность и продвигался вперед чрезвычайно медленно, зорко и тщательно осматривая кустарники, чтобы не встретить какого-либо неприятного сюрприза.
Эти поиски продолжались довольно долго. Прошло уже около двух часов с тех пор, как индеец покинул своих товарищей. Вдруг он очутился перед довольно просторной лужайкой, которая была отделена от него только стеной из листьев.
Голубая Лисица остановился, потихоньку выпрямился во весь рост, а затем слегка раздвинул ветви, чтобы видеть, что происходит на лужайке, а самому остаться незамеченным.
Индеец окинул взором лужайку.
Американские леса изобилуют такого рода прогалинами, образовавшимися от падения деревьев, разрушенных временем или низвергнутых стихийной силой ураганов, столь часто производящих свое опустошительное действие во всех уголках Нового Света. Лужайка, о которой мы только что упомянули, была довольно обширной. Ее пересекал на всем ее протяжении широкий ручей, на берегу которого на песке можно было заметить четкие отпечатки следов диких животных, для которых этот поток служил водопоем.
В самом центре лужайки возвышался развесистый красный дуб, осенявший ее своей тенью. У подножия этого великолепного представителя лесного царства находились два человека.
Один из них, одетый в монашеское платье, лежал на земле. Глаза его были закрыты, а лицо покрыто смертельной бледностью. Второй, стоя на коленях перед своим товарищем, усиленно хлопотал, чтобы привести его в чувство.
Из своего укрытия краснокожему легко было разглядеть черты лица этого второго незнакомца, так как он был обращен к индейцу лицом.