Марселен с решительным видом шагал позади негра, хотя его сердце невольно сжималось от страха. Но отступать было уже поздно; к тому же юноша уже обрек свою жизнь в жертву преданности господину.
XIV. Кто сильнее
В течение уже целого часа шли наши спутники, все более и более углубляясь в эту роскошную тропическую природу, величественное спокойствие которой, казалось, еще никогда до них не нарушал шум шагов человека. За все время пути они не обменялись ни словом. Тщетно Марселен, чтобы показать свое спокойствие духа, принимался напевать вполголоса какую-нибудь песенку; повелительный жест спутника каждый раз останавливал его. Юноша и сам был хорошим ходоком по лесу, однако он совершенно потерял направление в этой однообразной массе зелени, в переходах по бесчисленным оврагам и мрачным лагунам, осененным гигантскими деревьями, где сквозь чащу леса почти не видно было неба, и только редкие солнечные лучи, проникая под густую листву, немного рассеивали царивший здесь таинственный мрак и слабо освещали дорогу.
Наконец Флореаль остановился. Марселен с любопытством оглянулся кругом. Они находились в это время на обрывистом краю огромной расщелины, шириною по крайней мере в 50 футов. В глубине, как слышно было, протекал ручей.
- Гм! - пробормотал юноша, - интересно знать, как мы переберемся через эту расщелину.
Но его спутник молча наклонился, разрыл кучу сухих листьев и вытащил оттуда длинную, узловатую веревку с железным крюком на конце. Один конец этой веревки он обвязал вокруг толстого ствола бавольника, росшего на самом краю пропасти, а другой бросил в бездну.
- Вот наша дорога! - проговорил он, обращаясь с зловещей улыбкою к юноше, с любопытством следившему за ним.
- Хорошо! - коротко ответил тот.
- Я спущусь вперед, - продолжал Флореаль, - а ты потом, когда я скажу тебе; держись крепче за веревку, если не хочешь упасть с высоты двести футов. Ты не боишься, дитя?
- Ба, - со смехом отвечал юноша, - зачем мне бояться, папа Вуду?! Не беспокойтесь за меня; ведь я сказал, что пройду везде, где вы пройдете!