-- Притворяйся немогузнайкой! Ты его знаешь гораздо лучше меня, потому что он жил здесь с твоим братом.
-- А! Ивон... то есть, -- поправилась она, -- господин Кердрель. Ты говоришь, конечно, о нем?
-- Для чего ты назвала его по фамилии? -- лукаво сказала Шарлотта. -- Разве я не знаю, что вы очень хороши между собой?
-- Что хочешь ты сказать?
-- То, что ты сама повторяла мне сто раз: что он был принят здесь как родной и что ты обращалась с ним как с братом.
-- О! С некоторой разницей однако.
-- Да, -- сказала Шарлотта, смеясь, -- с той разницей, которая существует между красивым молодым человеком не родственником и братом, как сильно ни любили бы его.
-- Не знаю, что с тобой сегодня, Шарлотта, -- сказала Лания, надувшись, -- но я, право, нахожу тебя несносной с твоими коварными намеками.
-- Полно, не сердись, душечка. Вместо того, чтоб играть в прятки, как две девочки, и стоять в оборонительном положении друг против друга, не лучше ли поговорить откровенно? Если б даже ты чувствовала некоторое расположение к этому господину Кердрелю, как ты его называешь, что же в этом дурного?
-- Конечно, ничего. Кердрель спас жизнь моему брату. Мы все искренне любим его. Это человек с благородным сердцем, с избранной натурой. Притом, он принадлежит к прекрасному семейству и теперь также офицер.