-- Полноте! Вы знаете так же хорошо, как и я, что удары по голове, если не убьют сейчас, это известно, излечиваются через неделю.
Доктор не мог удержаться от улыбки.
-- Есть у вас другие раны? -- спросил он.
-- О! -- ответил зуав голосом все более хриплым. -- Какие-нибудь царапины, может статься, но ничего важного.
-- Для чего же вы опускаете голову? Зачем у вас шея завязана платком?
-- Это ничего, это безделица. Пуля оцарапала. Представьте себе, эти разбойники хотели перерезать мне глотку.
Доктор внимательно осмотрел эту новую рану, правда, не опасную, действительно царапину, сделанную пулей. По знаку доктора дамы вышли из гостиной.
-- Мне не хотелось бы заставить краснеть этих дам; зачем они уходят? -- спросил зуав.
-- Потому что я хочу осмотреть ваши другие царапины, как вы их называете, -- сказал доктор, улыбаясь, -- а не совсем прилично...
-- Понимаю, доктор. Пожалуйста, не настаивайте. Не стоит труда. Я, кажется, получил множество ударов в спину и в другие части департамента нижнего Рейна; лошади немножко потоптали меня, но я не очень чувствительно затронут.