Он пошел к зданию, составлявшему часть службы, и ввел наших трех действующих лиц в комнату, освещенную лампой, висевшей на потолке, и сделав им знак сесть и заперев дверь, сказал, обращаясь к Мишелю:
-- Вам не безызвестно, что мы живем в трудные времена. Мои хозяева бедные фермеры, с большим трудом достающие себе пропитание и едва сводящие концы с концами. Вы ночуете здесь; вам дадут две комнаты и ужин, если вы желаете; но извините меня, если сделаю вам вопрос, который, судя по вашей одежде, не может вас удивить.
-- Спрашивайте, я готов вам отвечать, -- сказал Мишель.
-- Вы знаете, что всякий труд заслуживает вознаграждения и что если тратишься, то желаешь получить барыш.
-- Это правда. Но к чему клонится ваша речь?
-- Просто к тому, чтобы спросить вас: можете вы заплатить нам?
-- Конечно, могу.
-- Какими деньгами, позвольте спросить? Мишель вынул из кармана пятифранковую монету, которая была отдана ему контрабандистом, и подал ее своему странному собеседнику.
-- Этой монеты будет для вас достаточно?
-- Конечно, -- с живостью ответил привратник, -- я не знаю лучших денег. Потрудитесь положить эту монету в карман и извинить странность моих вопросов. Но мы живем в такое мучительное время, исполненное опасностей всякого рода, что необходимо, прежде чем окажешь доверие, разузнать о людях, с которыми находишься в сношениях.