-- Но ведь вы знаете мое имя?
-- Да, это правда, я знаю ваше имя. Я знаю даже, кто вы, или, по крайней мере, за кого вы себя выдаете, потому что в вас все мрачно и таинственно. Но с Божией помощью нам удастся когда-нибудь разъяснить все эти потемки, за которыми вам угодно скрывать вашу личность.
-- Послушайте, после такого признания один из нас лишний на земле. Я в ваших руках, убейте меня, потому что, клянусь вам, если вы выпустите меня, я вас убью.
-- Как вам угодно. Вы, без сомнения, учились в хорошей школе, и если б я позволил вам, вы применили бы на практике несколько минут тому назад уроки убийств, полученные вами. А мне, признаюсь вам, неизвестна наука убивать безоружного человека. Я мог бы, пожалуй, согласиться на дуэль, но я имею правило скрещивать шпаги или размениваться пистолетными пулями только с честным человеком. Теперь, поверьте мне, разойдемтесь; только не попадайтесь больше в мои руки.
-- О, проклятый человек! Я отомщу.
Капитан пожал плечами и не отвечал.
-- Это решено, вы отомстите... если можете, -- сказал с насмешкой Оборотень. -- Ну, что нам делать с этим красавчиком и его товарищами? -- продолжал он, обращаясь к капитану.
Мишель сказал ему шепотом несколько слов.
-- Хорошо придумано, -- сказал Оборотень, смеясь. -- Пошлите-ка ко мне моего мальчугана.
Мишель удалился медленными шагами и стал возле повозки, которая отъехала на несколько шагов.