-- Значит, ничего не выболтал, мальчуган, а, правда?
-- Ни-ни! Боже мой, уж и взбесились же они, смех просто. Разумеется, было отчего.
-- Все ли теперь, малый?
-- О деревне?
-- Да, о деревне.
-- Все, батюшка.
-- А ты как вернулся?
-- Да в карете же.
-- Как в карете? -- вскричал Мишель.
-- То есть не совсем в карете, надо говорить правду. Около часа карета мчалась во весь опор, я не смел сойти, боясь сломать ребра, если попытаюсь соскользнуть наземь; вдруг, когда я не знал, что мне делать, карета остановилась сама собою и красивая барыня высунулась из окна, окликнула меня со смехом и велела подойти.