-- Сеньора, еще раз приношу вам свои извинения и желаю вам спокойной ночи, -- сказал Китиньо, кланяясь молодой вдове.
После этого он удалился со своими подчиненными, сопровождаемый доном Мигелем, который хотел посмотреть, как подполковник будет садиться на коня.
Донья Эрмоса все еще неподвижно стояла около стола, когда дон Мигель, проводив подполковника, вернулся в гостиную, хохоча как сумасшедший, и обнял ее.
-- Прости мне, дорогая Эрмоса, ту политическую ересь, которую я вынужден произносить на каждом шагу в этой всеобщей комедии, где я играю одну из самых незаурядных ролей. Бедные люди, они владеют грубой силой, а я умом, которым и пользуюсь! Вот они и одурачены и находятся почти в состоянии анархии, так как Китиньо не будет больше придавать значения сообщениям доньи Марии-Хосефы, а старая злодейка, в свою очередь, будет злиться на него.
-- Где находится Луис?
-- В безопасности.
-- Но они пойдут к нему?
-- Вероятно, пойдут.
-- У него есть необходимые бумаги?
-- Нет.