-- Подожди, остановись, мой дорогой и любимый Мигель, оставим мертвых в покое!
-- Я хочу посмотреть только цифру.
-- Цифра вот, Мигель: пятьдесят восемь за двадцать два дня.
-- Так, -- отвечал дон Мигель, записывая, -- пятьдесят восемь в двадцать два дня.
Он сложил и запечатал эту бумагу.
-- Остаются еще марши армии в провинции Санта-Фе.
-- Вот что я с ними сделаю! -- сказал молодой человек.
С этими словами он хладнокровно поднес бумагу к пламени свечи и сжег ее, затем запер все эти депеши в секретный ящик своего бюро.
Дон Мигель написал письмо дону Луису, в котором, рассказал о кровавых подвигах Масорки, о том, что эти убийства должны принять вскоре еще более ужасающие размеры; затем он сообщил что предполагается новый обыск на вилле дель-Барракас, и, хотя это еще не решено окончательно, следует удвоить свое благоразумие; что донья Эрмоса хотела назначить свою свадьбу с ним на первое октября, так как она не хочет покидать города иначе как его женой, но что это невозможно, потому что мистер Дуглас, перевозящий эмигрантов, не вернется из Монтевидео раньше пятого, надо подождать до тех пор. Письмо оканчивалось так:
Все кончено, мой дорогой друг, результатом переговоров с адмиралом де Макко будет мир. Однако я буду ждать до последнего момента, затем отведу к тебе Эрмосу, как это было условлено.