Дон Кандидо, не отвечая ни слова, сделал два или три поклона, не переставая вытирать платком свое лицо.
-- А, он немой! -- продолжал падре.
-- Что же вам угодно, сеньор Гаэте?
-- Я испытываю сильное желание услышать ваш голос сеньор... Не угодно ли вам сказать...
-- Что я должен делать, сеньор! -- прервал его молодой человек, который, вскочив в экипаж, сделал знак кучеру.
Кучер пустил лошадей крупной рысью по направлению к площади Победы, а почтенный падре Гаэте с выражением адской улыбки на лице остановился возле дома мадам Бар-роль, пытаясь рассмотреть его номер.
ГЛАВА VI. Где говорится о политике
Прошло две недели.
Ничего еще не решилось окончательно, но небо будущего было омрачено такими угрожающими облаками, что все население Буэнос-Айреса, обезумев от страха, боязливо сгибалось под игом тирана, потеряв всякую надежду на освобождение.
Было шестнадцатое августа, около пяти часов утра. Мрачное небо, густой мрак -- ничто еще не предвещало наступления утра.